People - Черкесы - circassian (адыги)

People - Черкесы - circassian (адыги) https://circassian2020.ru/ ru People - Черкесы - circassian (адыги)[shortrss] Аскер Гадагатль: хранитель адыгской культуры https://circassian2020.ru/index.php?newsid=1277 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=1277
Детство и юность
20 сентября 1922 года в ауле Хатукай Красногвардейского района Адыгеи в семье крестьянина Магамуда Гадагатля родился мальчик, которому суждено было стать хранителем культурного наследия адыгского народа. С детских лет Аскер впитывал народную мудрость из уст своего деда Тлимафа - известного в округе знатока и рассказчика народных преданий. Эти детские впечатления стали фундаментом его будущей научной деятельности.
В 1937 году, окончив семилетнюю школу, юноша поступает в Адыгейское педагогическое училище. Здесь под руководством преподавателя Ш.Ч. Пшунеловой он делает первые шаги в литературном творчестве, активно участвуя в работе литературного кружка. Его первые стихи появляются на страницах областной газеты "Социалистическая Адыгея" и альманаха "Наш рост". Активная жизненная позиция и организаторские способности молодого человека не остаются незамеченными - его избирают старостой группы, а затем комсоргом.
Годы испытаний
В 1942 году Аскер Гадагатль надевает военную форму. Пройдя обучение в снайперской школе Московского военного округа, он становится командиром взвода, а затем преподавателем снайперского дела. Службу завершает в 1946 году в звании лейтенанта, награждённый медалью "За победу над Германией".
Военные годы нашли глубокое отражение в его поэтическом творчестве. Стихи "Эхо войны", "Солдат и девочка", "Невеста друга" проникнуты фронтовой правдой и размышлениями о цене победы. В них звучит голос поколения, пережившего тяжелые испытания.
Научный подвиг
После демобилизации в 1946 году Гадагатль приходит в Адыгейский научно-исследовательский институт (ныне АРИГИ им. Т.М. Керашева), где начинает свою главную работу - изучение нартского эпоса. В 1957 году заочно оканчивает филологический факультет Адыгейского педагогического института, а в 1960 году завершает аспирантуру в Институте грузинской литературы.
В течение двадцати лет кропотливого труда он создает фундаментальный семитомный свод "Нартхэр" (1968-1971), включающий:

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

"Издание семитомника - настоящий подвиг", - писал профессор М. Чиковани. Этот труд был переведен на французский, английский, турецкий языки и издан за рубежом.
Поэтическое наследие
Параллельно с научной работой Гадагатль создает около 30 поэтических сборников. Его произведения "Дочь адыга", "Колокол памяти", "Свет над Лабой" стали классикой национальной литературы. Многие стихи положены на музыку и вошли в школьные программы.
Педагог и наставник
Коллеги вспоминают Гадагатля как мудрого учителя, чей принцип "Твори добро, не рассчитывая на выгоду" стал жизненным кредо для многих его учеников. Он организовывал фестивали народного творчества, вел передачи на адыгейском радио, воспитывая новые поколения хранителей культуры.
Признание
Заслуги ученого были отмечены:

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

Детство и юность
20 сентября 1922 года в ауле Хатукай Красногвардейского района Адыгеи в семье крестьянина Магамуда Гадагатля родился мальчик, которому суждено было стать хранителем культурного наследия адыгского народа. С детских лет Аскер впитывал народную мудрость из уст своего деда Тлимафа - известного в округе знатока и рассказчика народных преданий. Эти детские впечатления стали фундаментом его будущей научной деятельности.
В 1937 году, окончив семилетнюю школу, юноша поступает в Адыгейское педагогическое училище. Здесь под руководством преподавателя Ш.Ч. Пшунеловой он делает первые шаги в литературном творчестве, активно участвуя в работе литературного кружка. Его первые стихи появляются на страницах областной газеты "Социалистическая Адыгея" и альманаха "Наш рост". Активная жизненная позиция и организаторские способности молодого человека не остаются незамеченными - его избирают старостой группы, а затем комсоргом.
Годы испытаний
В 1942 году Аскер Гадагатль надевает военную форму. Пройдя обучение в снайперской школе Московского военного округа, он становится командиром взвода, а затем преподавателем снайперского дела. Службу завершает в 1946 году в звании лейтенанта, награждённый медалью "За победу над Германией".
Военные годы нашли глубокое отражение в его поэтическом творчестве. Стихи "Эхо войны", "Солдат и девочка", "Невеста друга" проникнуты фронтовой правдой и размышлениями о цене победы. В них звучит голос поколения, пережившего тяжелые испытания.
Научный подвиг
После демобилизации в 1946 году Гадагатль приходит в Адыгейский научно-исследовательский институт (ныне АРИГИ им. Т.М. Керашева), где начинает свою главную работу - изучение нартского эпоса. В 1957 году заочно оканчивает филологический факультет Адыгейского педагогического института, а в 1960 году завершает аспирантуру в Институте грузинской литературы.
В течение двадцати лет кропотливого труда он создает фундаментальный семитомный свод "Нартхэр" (1968-1971), включающий:

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

Его именем названы улицы и спортивный комплекс "Акуанда" в Адыгейском государственном университете.
Наследие
Уйдя из жизни в 2009 году, Аскер Гадагатль оставил после себя не только научные труды, но и живую традицию служения культуре. Как сказал ректор АГУ Рашид Хунагов: "Нартский эпос - это культурный код адыгов, а Гадагатль - его главный хранитель".
Сегодня, перелистывая страницы его семитомника, мы слышим голос Ученого, Поэта и Воина - человека, посвятившего жизнь служению своему народу. Его наследие продолжает жить в работах учеников, в строках поэтических произведений, в сердцах тех, кому дорога культура Адыгеи.

Источник: Адыги.RU]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Аскер Гадагатль: хранитель адыгской культуры https://circassian2020.ru/index.php?newsid=1277
Детство и юность
20 сентября 1922 года в ауле Хатукай Красногвардейского района Адыгеи в семье крестьянина Магамуда Гадагатля родился мальчик, которому суждено было стать хранителем культурного наследия адыгского народа. С детских лет Аскер впитывал народную мудрость из уст своего деда Тлимафа - известного в округе знатока и рассказчика народных преданий. Эти детские впечатления стали фундаментом его будущей научной деятельности.
В 1937 году, окончив семилетнюю школу, юноша поступает в Адыгейское педагогическое училище. Здесь под руководством преподавателя Ш.Ч. Пшунеловой он делает первые шаги в литературном творчестве, активно участвуя в работе литературного кружка. Его первые стихи появляются на страницах областной газеты "Социалистическая Адыгея" и альманаха "Наш рост". Активная жизненная позиция и организаторские способности молодого человека не остаются незамеченными - его избирают старостой группы, а затем комсоргом.
Годы испытаний
В 1942 году Аскер Гадагатль надевает военную форму. Пройдя обучение в снайперской школе Московского военного округа, он становится командиром взвода, а затем преподавателем снайперского дела. Службу завершает в 1946 году в звании лейтенанта, награждённый медалью "За победу над Германией".
Военные годы нашли глубокое отражение в его поэтическом творчестве. Стихи "Эхо войны", "Солдат и девочка", "Невеста друга" проникнуты фронтовой правдой и размышлениями о цене победы. В них звучит голос поколения, пережившего тяжелые испытания.
Научный подвиг
После демобилизации в 1946 году Гадагатль приходит в Адыгейский научно-исследовательский институт (ныне АРИГИ им. Т.М. Керашева), где начинает свою главную работу - изучение нартского эпоса. В 1957 году заочно оканчивает филологический факультет Адыгейского педагогического института, а в 1960 году завершает аспирантуру в Институте грузинской литературы.
В течение двадцати лет кропотливого труда он создает фундаментальный семитомный свод "Нартхэр" (1968-1971), включающий:

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

Его именем названы улицы и спортивный комплекс "Акуанда" в Адыгейском государственном университете.
Наследие
Уйдя из жизни в 2009 году, Аскер Гадагатль оставил после себя не только научные труды, но и живую традицию служения культуре. Как сказал ректор АГУ Рашид Хунагов: "Нартский эпос - это культурный код адыгов, а Гадагатль - его главный хранитель".
Сегодня, перелистывая страницы его семитомника, мы слышим голос Ученого, Поэта и Воина - человека, посвятившего жизнь служению своему народу. Его наследие продолжает жить в работах учеников, в строках поэтических произведений, в сердцах тех, кому дорога культура Адыгеи.

Источник: Адыги.RU People Sat, 02 Aug 2025 21:31:52 +0300
Детство и юность
20 сентября 1922 года в ауле Хатукай Красногвардейского района Адыгеи в семье крестьянина Магамуда Гадагатля родился мальчик, которому суждено было стать хранителем культурного наследия адыгского народа. С детских лет Аскер впитывал народную мудрость из уст своего деда Тлимафа - известного в округе знатока и рассказчика народных преданий. Эти детские впечатления стали фундаментом его будущей научной деятельности.
В 1937 году, окончив семилетнюю школу, юноша поступает в Адыгейское педагогическое училище. Здесь под руководством преподавателя Ш.Ч. Пшунеловой он делает первые шаги в литературном творчестве, активно участвуя в работе литературного кружка. Его первые стихи появляются на страницах областной газеты "Социалистическая Адыгея" и альманаха "Наш рост". Активная жизненная позиция и организаторские способности молодого человека не остаются незамеченными - его избирают старостой группы, а затем комсоргом.
Годы испытаний
В 1942 году Аскер Гадагатль надевает военную форму. Пройдя обучение в снайперской школе Московского военного округа, он становится командиром взвода, а затем преподавателем снайперского дела. Службу завершает в 1946 году в звании лейтенанта, награждённый медалью "За победу над Германией".
Военные годы нашли глубокое отражение в его поэтическом творчестве. Стихи "Эхо войны", "Солдат и девочка", "Невеста друга" проникнуты фронтовой правдой и размышлениями о цене победы. В них звучит голос поколения, пережившего тяжелые испытания.
Научный подвиг
После демобилизации в 1946 году Гадагатль приходит в Адыгейский научно-исследовательский институт (ныне АРИГИ им. Т.М. Керашева), где начинает свою главную работу - изучение нартского эпоса. В 1957 году заочно оканчивает филологический факультет Адыгейского педагогического института, а в 1960 году завершает аспирантуру в Институте грузинской литературы.
В течение двадцати лет кропотливого труда он создает фундаментальный семитомный свод "Нартхэр" (1968-1971), включающий:

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

700 текстов на всех адыгских диалектах
40 нотных записей эпических мелодий
Научные комментарии и анализ

Государственной премией Адыгеи
Медалью "Слава Адыгеи"
Званиями заслуженного деятеля науки

Ахмет Мидхат, писатель, автор художественных произведений о черкесах (романы «Кавказ», «Хасан Меллях», пьесы «Черкесские дворяне», «Грузинская девушка», рассказы «Оковы рабства», «Разлука», «Хюсейн Феллах», «Смерть в руках Всевышнего», «Гордость Кавказа», «Второе рождение» и т. д.).

Ахмет Мидхат — один из основателей Черкесского благотворительного общества в Стамбуле в 1908, национальной школы при обществе, где дети обучались на родном языке.

[allow-turbo]

Ахмет Мидхат, писатель, автор художественных произведений о черкесах (романы «Кавказ», «Хасан Меллях», пьесы «Черкесские дворяне», «Грузинская девушка», рассказы «Оковы рабства», «Разлука», «Хюсейн Феллах», «Смерть в руках Всевышнего», «Гордость Кавказа», «Второе рождение» и т. д.).

Ахмет Мидхат — один из основателей Черкесского благотворительного общества в Стамбуле в 1908, национальной школы при обществе, где дети обучались на родном языке.

]]>[/allow-turbo] People admin Thu, 26 Jun 2025 12:15:09 +0300 [/shortrss] [fullrss] Ахмет Мидхат https://circassian2020.ru/index.php?newsid=940 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=940 admin Thu, 26 Jun 2025 12:15:09 +0300

Ахмет Мидхат, писатель, автор художественных произведений о черкесах (романы «Кавказ», «Хасан Меллях», пьесы «Черкесские дворяне», «Грузинская девушка», рассказы «Оковы рабства», «Разлука», «Хюсейн Феллах», «Смерть в руках Всевышнего», «Гордость Кавказа», «Второе рождение» и т. д.).

Ахмет Мидхат — один из основателей Черкесского благотворительного общества в Стамбуле в 1908, национальной школы при обществе, где дети обучались на родном языке.

]]> [allow-turbo]

Ахмет Мидхат, писатель, автор художественных произведений о черкесах (романы «Кавказ», «Хасан Меллях», пьесы «Черкесские дворяне», «Грузинская девушка», рассказы «Оковы рабства», «Разлука», «Хюсейн Феллах», «Смерть в руках Всевышнего», «Гордость Кавказа», «Второе рождение» и т. д.).

Ахмет Мидхат — один из основателей Черкесского благотворительного общества в Стамбуле в 1908, национальной школы при обществе, где дети обучались на родном языке.

]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]

Ахмет Мидхат, писатель, автор художественных произведений о черкесах (романы «Кавказ», «Хасан Меллях», пьесы «Черкесские дворяне», «Грузинская девушка», рассказы «Оковы рабства», «Разлука», «Хюсейн Феллах», «Смерть в руках Всевышнего», «Гордость Кавказа», «Второе рождение» и т. д.).

Ахмет Мидхат — один из основателей Черкесского благотворительного общества в Стамбуле в 1908, национальной школы при обществе, где дети обучались на родном языке.

]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Ахмет Мидхат https://circassian2020.ru/index.php?newsid=940

В торжественной обстановке сегодня наш институт проводил на заслуженный отдых ученого-филолога, автора свыше 400 опубликованных научных статей, научных книг и монографий, главного научного сотрудника отдела литературы, проработавшего с 1990 по 2010 гг заместителем директора по научной работе АРИГИ Руслана Гилимовича Мамий.

Р.Г. Мамий родился в 1937 г. в ауле Шаханчериехабль Теучежского района. В 1960 г. окончил филологический факультет АГПИ и с этого времени по 1968 г. являлся литературным сотрудником, а затем заведующим отделом областной газеты «Социалистическэ Адыгей». С 1968 по 1990 гг. работал в Адыгейском обкоме КПСС — инструктором, помощником первого секретаря, заведующим отделом. В 1970-1972 гг. учился в Высшей партийной школе при ЦК КПСС в Москве.

Наукой и художественным творчеством Р.Г. Мамий занимается с начала 1960-х гг. Первые наиболее крупные исследования были посвящены адыгейской прозе и её ведущему жанру — роману. Они опубликованы в 1970-х гг. в «Ученых записках», в серийных сборниках «Проблемы литературы и фольклора», издававшихся в Адыгейском научно-исследовательском институте. Руслан Гилимович защитил кандидатскую диссертацию в 1975 г. В 1977 г. издал монографию «Пути адыгейского романа». В 1985 г. в Москве в издательстве «Наука» выходит в свет фундаментальное исследование «Советский многонациональный роман». В нем опубликована глава «Новые тенденции в развитии адыгейского романа», написанная Р.Г. Мамием. Другие работы о прозе и ее основных жанрах, об адыгейской литературе в целом, о творчестве отдельных писателей, о культуре и искусстве печатались в научных изданиях Кабардино-Балкарии, Дагестана, Карачаево-Черкессии, в журналах «Детская литература» (Москва), «Кубань» (Краснодар), «Доклады АМАН» (Нальчик), «Дружба», «Литературная Адыгея» (Майкоп), на страницах периодической печати. Отдельной книгой изданы «Шамсудин Хут», «Огонь души Абу Схаляхо», «Пока я живу», «Вровень с веком», «Идейно-нравственные ориентиры и художественные искания адыгейской прозы второй половины XX века», «Союз науки и мужества». Он один из организаторов (вместе с К.Г. Шаззо), ведущих авторов и редакторов фундаментального исследования «История адыгейской литературы» в трех томах, изданной в 1999-2006 гг. В 2002 г. защитил докторскую диссертацию.

Р.Г. Мамий успешно сочетал научно-организаторскую работу с преподавательской, являясь профессором кафедры литературы и журналистики АГУ. Руслан Гилимович — лауреат Государственной премии РА в области науки, заслуженный деятель науки РА и РФ, действительный член Адыгской международной академии наук (АМАН), член Союза писателей России с 2004 г., награжден орденом «Знак почета».

Очередной раз коллектив АРИГИ поблагодарил уважаемого Р.Г. Мамий за достойный вклад в развитие института и национального литературоведения, пожелал ему здоровья и долголетия.

[allow-turbo]

29 декабря 2010 года 51-летнего Аслана Ципинова расстреляли религиозные фанатики за организацию черкесских обрядов, которые были восприняты радикалами как «пропаганда язычества» и угроза исламу.

Взявшие на себя убийство фанатики из Кабардино-Балкарского сектора Имарата Кавказ были уничтожены в 2012 году в ходе спецоперации. И хотя официальная версия о религиозных мотивах убийства Ципинова была принята широкой общественностью, по сей день в черкесской среде не утихают слухи о возможном участии третьих сил в резонансном политическом убийстве черкесского ученного.

Аслан Амербиевич Ципинов был доктором филологических наук, профессором, заслуженным деятелем науки КБР, академ-секретарь историко-филологических дисциплин Адыгской (Черкесской) международной академии наук (АМАН). Аслан Ципинов проводил в Нальчике черкесские (адыгские) фольклорные праздники, пропагандировал традиционные черкесские ценности и противостоял исламизации общества. Безусловный сторонник рассекречивания исторической правды о Русско-Черкеской войне, один из ведущих идеологов черкесского национального движения на основе Хабзэ, Ципинов бескомпромиссно продвигал в молодежной среде идеологию черкесского этноса. Помимо того, что ему приходилось сталкиваться и бороться с невежеством собственного народа, крайнюю опасность для него представляли последователи радикального ислама.

На расцвет исламского экстремизма в Кабардино-Балкарии пришлись массовые празднования национальных праздников, организованные Асланом Ципиновым на центральной площади республики. И в то время, когда часть молодежи под влиянием исламской пропаганды активно уходила в лес, он призывал молодых парней обратится к национальному. Показывал всю глубину и красоту Хабзэ, языка, он зарождал в сердце молодых людей желание восстановить черкесский этикет, который шел в разрез с ценностями и целями исламского экстремизма.

Очевидно, что идеологи исламского экстремизма видели в Аслане Ципинове безбожника. Имея не просто академические знания, но и харизму, Аслан увлекал молодежь и уводил из-под носа экстремистов «актив». Вместе с тем, смерть ученного, сведенная следствием к расправе фанатиков над общественным деятелем, продолжает вызывать много вопросов.

Выстрел без угроз

Несмотря на то, что значительная часть молодых мусульман была не довольная деятельностью черкесских общественных деятелей, в 2010 году у кабардино-балкарских джамаатов были куда более опасные противники, нежели черкесские активисты и ученные. В 2010 году деятельность джамаатов была сосредоточена на двух архиважных для подполья вещах: это выбивание денег у бизнеса и вооруженные диверсии против силовых структур, которые к тому времени значительно преуспели в деле борьбы с радикалами. Возможно по этой причине в адрес Ципинова и других черкесских активистов не поступало угроз, которые поступали в адрес тех же бизнесменов, отказывавшихся в 2010 году платить налог на джихад.

Не случайной кажется и вышедшая накануне убийства в республиканской газете «Кабардино-Балкарская Правда» статья: «Кто ведёт нас назад к язычеству?» Статья содержала в себе массу нелестных высказываний о национальных праздниках, о традициях, открыто называя Ципинова язычником и вероотступником.

Обращает на себя внимание и молчание тогдашнего руководства валайята Кабарды Балкарии и Карачая. Сменивший кабардинца по национальности Анзора Астемирова, карачаевец — Аскер Джапуев, комментирующий периодически все карательные акции джихадистов в республике, никак не прокомментировал убийство общественного деятеля.

Характерна также реакция сайта «Кавказ-Центр», головного сайта Имарата Кавказ. Сообщение об убийстве было дано в нейтральном тоне, убитый был назван «этнографом», без каких-либо отрицательных эпитетов. И лишь 8 января «официальный сайт вилайата Кабарды Балкарии и Карачая» (КБК) опубликовал пятиминутное видео, в котором «амир юго-западного сектора» Закария взял на себя ответственность за убийство в конце декабря профессора Кабардино-Балкарского университета, известного этнолога Аслана Ципинова

Таким образом, очевидно, что реакция самих религиозных фанатиков была явно запоздалой и весьма странной. Чего нельзя сказать о региональной прессе, которая сразу же на следующий день после убийства опубликовала обращение властей Кабардино-Балкарии с призывом к общественности «принять этот вызов, противопоставив бандитам свою сплоченность, нетерпимое отношение к тем, кто навязывает обществу чуждые идеи «чистого ислама».

Молчание радикалов с одной стороны и воззвания республиканских властей к кабардино-балкарскому обществу с другой, породили слухи о том, что за убийством если даже не стоят третьи силы за пределами республики, то наверняка кто-то хочет столкнуть две идеи: национальную и исламскую.

Аслан был одним из тех, кто первым публично озвучил неудобные исторические факты, связанные с Русско-Черкесской войной. А знания Ципинова незаменимые для формирования базиса требований национального движения, в числе прочего легли в основу требований о признании геноцида. И с каждым годом становится очевиднее, что убийство Аслана Ципинова носило заказной политический характер. Его убийство могло открыть шлюзы для террора, для гражданской войны в Кабардино-Балкарии, привести к ощущению физической опасности для каждого человека, который идет не в ногу с официальной доктриной.

Самая важная мысль Аслана Ципинова, которую он пронес через всю свою жизнь – человечность. Во главу угла он всегда ставил человеческую жизнь. «Си л1ыгъэ къимыхьар си насып къремыхь» — часто говорил Ципинов. Уи л1ыгъэм къихьам уи насыпыр тек1уакъым.

Возможно поэтому смерть Аслана Ципинова не обернулась дальнейшим насилием и не сломила черкесское национальное движение.

Аида Герг [allow-turbo]

29 декабря 2010 года 51-летнего Аслана Ципинова расстреляли религиозные фанатики за организацию черкесских обрядов, которые были восприняты радикалами как «пропаганда язычества» и угроза исламу.

Взявшие на себя убийство фанатики из Кабардино-Балкарского сектора Имарата Кавказ были уничтожены в 2012 году в ходе спецоперации. И хотя официальная версия о религиозных мотивах убийства Ципинова была принята широкой общественностью, по сей день в черкесской среде не утихают слухи о возможном участии третьих сил в резонансном политическом убийстве черкесского ученного.

Аслан Амербиевич Ципинов был доктором филологических наук, профессором, заслуженным деятелем науки КБР, академ-секретарь историко-филологических дисциплин Адыгской (Черкесской) международной академии наук (АМАН). Аслан Ципинов проводил в Нальчике черкесские (адыгские) фольклорные праздники, пропагандировал традиционные черкесские ценности и противостоял исламизации общества. Безусловный сторонник рассекречивания исторической правды о Русско-Черкеской войне, один из ведущих идеологов черкесского национального движения на основе Хабзэ, Ципинов бескомпромиссно продвигал в молодежной среде идеологию черкесского этноса. Помимо того, что ему приходилось сталкиваться и бороться с невежеством собственного народа, крайнюю опасность для него представляли последователи радикального ислама.

На расцвет исламского экстремизма в Кабардино-Балкарии пришлись массовые празднования национальных праздников, организованные Асланом Ципиновым на центральной площади республики. И в то время, когда часть молодежи под влиянием исламской пропаганды активно уходила в лес, он призывал молодых парней обратится к национальному. Показывал всю глубину и красоту Хабзэ, языка, он зарождал в сердце молодых людей желание восстановить черкесский этикет, который шел в разрез с ценностями и целями исламского экстремизма.

Очевидно, что идеологи исламского экстремизма видели в Аслане Ципинове безбожника. Имея не просто академические знания, но и харизму, Аслан увлекал молодежь и уводил из-под носа экстремистов «актив». Вместе с тем, смерть ученного, сведенная следствием к расправе фанатиков над общественным деятелем, продолжает вызывать много вопросов.

Выстрел без угроз

Несмотря на то, что значительная часть молодых мусульман была не довольная деятельностью черкесских общественных деятелей, в 2010 году у кабардино-балкарских джамаатов были куда более опасные противники, нежели черкесские активисты и ученные. В 2010 году деятельность джамаатов была сосредоточена на двух архиважных для подполья вещах: это выбивание денег у бизнеса и вооруженные диверсии против силовых структур, которые к тому времени значительно преуспели в деле борьбы с радикалами. Возможно по этой причине в адрес Ципинова и других черкесских активистов не поступало угроз, которые поступали в адрес тех же бизнесменов, отказывавшихся в 2010 году платить налог на джихад.

Не случайной кажется и вышедшая накануне убийства в республиканской газете «Кабардино-Балкарская Правда» статья: «Кто ведёт нас назад к язычеству?» Статья содержала в себе массу нелестных высказываний о национальных праздниках, о традициях, открыто называя Ципинова язычником и вероотступником.

Обращает на себя внимание и молчание тогдашнего руководства валайята Кабарды Балкарии и Карачая. Сменивший кабардинца по национальности Анзора Астемирова, карачаевец — Аскер Джапуев, комментирующий периодически все карательные акции джихадистов в республике, никак не прокомментировал убийство общественного деятеля.

Характерна также реакция сайта «Кавказ-Центр», головного сайта Имарата Кавказ. Сообщение об убийстве было дано в нейтральном тоне, убитый был назван «этнографом», без каких-либо отрицательных эпитетов. И лишь 8 января «официальный сайт вилайата Кабарды Балкарии и Карачая» (КБК) опубликовал пятиминутное видео, в котором «амир юго-западного сектора» Закария взял на себя ответственность за убийство в конце декабря профессора Кабардино-Балкарского университета, известного этнолога Аслана Ципинова

Таким образом, очевидно, что реакция самих религиозных фанатиков была явно запоздалой и весьма странной. Чего нельзя сказать о региональной прессе, которая сразу же на следующий день после убийства опубликовала обращение властей Кабардино-Балкарии с призывом к общественности «принять этот вызов, противопоставив бандитам свою сплоченность, нетерпимое отношение к тем, кто навязывает обществу чуждые идеи «чистого ислама».

Молчание радикалов с одной стороны и воззвания республиканских властей к кабардино-балкарскому обществу с другой, породили слухи о том, что за убийством если даже не стоят третьи силы за пределами республики, то наверняка кто-то хочет столкнуть две идеи: национальную и исламскую.

Аслан был одним из тех, кто первым публично озвучил неудобные исторические факты, связанные с Русско-Черкесской войной. А знания Ципинова незаменимые для формирования базиса требований национального движения, в числе прочего легли в основу требований о признании геноцида. И с каждым годом становится очевиднее, что убийство Аслана Ципинова носило заказной политический характер. Его убийство могло открыть шлюзы для террора, для гражданской войны в Кабардино-Балкарии, привести к ощущению физической опасности для каждого человека, который идет не в ногу с официальной доктриной.

Самая важная мысль Аслана Ципинова, которую он пронес через всю свою жизнь – человечность. Во главу угла он всегда ставил человеческую жизнь. «Си л1ыгъэ къимыхьар си насып къремыхь» — часто говорил Ципинов. Уи л1ыгъэм къихьам уи насыпыр тек1уакъым.

Возможно поэтому смерть Аслана Ципинова не обернулась дальнейшим насилием и не сломила черкесское национальное движение.

Аида Герг]]>[/allow-turbo] People admin Fri, 01 Mar 2024 14:12:22 +0300 [/shortrss] [fullrss] Тринадцать лет прошло со дня убийства этнографа Аслана Ципинова. https://circassian2020.ru/index.php?newsid=574 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=574 admin Fri, 01 Mar 2024 14:12:22 +0300

29 декабря 2010 года 51-летнего Аслана Ципинова расстреляли религиозные фанатики за организацию черкесских обрядов, которые были восприняты радикалами как «пропаганда язычества» и угроза исламу.

Взявшие на себя убийство фанатики из Кабардино-Балкарского сектора Имарата Кавказ были уничтожены в 2012 году в ходе спецоперации. И хотя официальная версия о религиозных мотивах убийства Ципинова была принята широкой общественностью, по сей день в черкесской среде не утихают слухи о возможном участии третьих сил в резонансном политическом убийстве черкесского ученного.

Аслан Амербиевич Ципинов был доктором филологических наук, профессором, заслуженным деятелем науки КБР, академ-секретарь историко-филологических дисциплин Адыгской (Черкесской) международной академии наук (АМАН). Аслан Ципинов проводил в Нальчике черкесские (адыгские) фольклорные праздники, пропагандировал традиционные черкесские ценности и противостоял исламизации общества. Безусловный сторонник рассекречивания исторической правды о Русско-Черкеской войне, один из ведущих идеологов черкесского национального движения на основе Хабзэ, Ципинов бескомпромиссно продвигал в молодежной среде идеологию черкесского этноса. Помимо того, что ему приходилось сталкиваться и бороться с невежеством собственного народа, крайнюю опасность для него представляли последователи радикального ислама.

На расцвет исламского экстремизма в Кабардино-Балкарии пришлись массовые празднования национальных праздников, организованные Асланом Ципиновым на центральной площади республики. И в то время, когда часть молодежи под влиянием исламской пропаганды активно уходила в лес, он призывал молодых парней обратится к национальному. Показывал всю глубину и красоту Хабзэ, языка, он зарождал в сердце молодых людей желание восстановить черкесский этикет, который шел в разрез с ценностями и целями исламского экстремизма.

Очевидно, что идеологи исламского экстремизма видели в Аслане Ципинове безбожника. Имея не просто академические знания, но и харизму, Аслан увлекал молодежь и уводил из-под носа экстремистов «актив». Вместе с тем, смерть ученного, сведенная следствием к расправе фанатиков над общественным деятелем, продолжает вызывать много вопросов.

Выстрел без угроз

Несмотря на то, что значительная часть молодых мусульман была не довольная деятельностью черкесских общественных деятелей, в 2010 году у кабардино-балкарских джамаатов были куда более опасные противники, нежели черкесские активисты и ученные. В 2010 году деятельность джамаатов была сосредоточена на двух архиважных для подполья вещах: это выбивание денег у бизнеса и вооруженные диверсии против силовых структур, которые к тому времени значительно преуспели в деле борьбы с радикалами. Возможно по этой причине в адрес Ципинова и других черкесских активистов не поступало угроз, которые поступали в адрес тех же бизнесменов, отказывавшихся в 2010 году платить налог на джихад.

Не случайной кажется и вышедшая накануне убийства в республиканской газете «Кабардино-Балкарская Правда» статья: «Кто ведёт нас назад к язычеству?» Статья содержала в себе массу нелестных высказываний о национальных праздниках, о традициях, открыто называя Ципинова язычником и вероотступником.

Обращает на себя внимание и молчание тогдашнего руководства валайята Кабарды Балкарии и Карачая. Сменивший кабардинца по национальности Анзора Астемирова, карачаевец — Аскер Джапуев, комментирующий периодически все карательные акции джихадистов в республике, никак не прокомментировал убийство общественного деятеля.

Характерна также реакция сайта «Кавказ-Центр», головного сайта Имарата Кавказ. Сообщение об убийстве было дано в нейтральном тоне, убитый был назван «этнографом», без каких-либо отрицательных эпитетов. И лишь 8 января «официальный сайт вилайата Кабарды Балкарии и Карачая» (КБК) опубликовал пятиминутное видео, в котором «амир юго-западного сектора» Закария взял на себя ответственность за убийство в конце декабря профессора Кабардино-Балкарского университета, известного этнолога Аслана Ципинова

Таким образом, очевидно, что реакция самих религиозных фанатиков была явно запоздалой и весьма странной. Чего нельзя сказать о региональной прессе, которая сразу же на следующий день после убийства опубликовала обращение властей Кабардино-Балкарии с призывом к общественности «принять этот вызов, противопоставив бандитам свою сплоченность, нетерпимое отношение к тем, кто навязывает обществу чуждые идеи «чистого ислама».

Молчание радикалов с одной стороны и воззвания республиканских властей к кабардино-балкарскому обществу с другой, породили слухи о том, что за убийством если даже не стоят третьи силы за пределами республики, то наверняка кто-то хочет столкнуть две идеи: национальную и исламскую.

Аслан был одним из тех, кто первым публично озвучил неудобные исторические факты, связанные с Русско-Черкесской войной. А знания Ципинова незаменимые для формирования базиса требований национального движения, в числе прочего легли в основу требований о признании геноцида. И с каждым годом становится очевиднее, что убийство Аслана Ципинова носило заказной политический характер. Его убийство могло открыть шлюзы для террора, для гражданской войны в Кабардино-Балкарии, привести к ощущению физической опасности для каждого человека, который идет не в ногу с официальной доктриной.

Самая важная мысль Аслана Ципинова, которую он пронес через всю свою жизнь – человечность. Во главу угла он всегда ставил человеческую жизнь. «Си л1ыгъэ къимыхьар си насып къремыхь» — часто говорил Ципинов. Уи л1ыгъэм къихьам уи насыпыр тек1уакъым.

Возможно поэтому смерть Аслана Ципинова не обернулась дальнейшим насилием и не сломила черкесское национальное движение.

Аида Герг]]> [allow-turbo]

29 декабря 2010 года 51-летнего Аслана Ципинова расстреляли религиозные фанатики за организацию черкесских обрядов, которые были восприняты радикалами как «пропаганда язычества» и угроза исламу.

Взявшие на себя убийство фанатики из Кабардино-Балкарского сектора Имарата Кавказ были уничтожены в 2012 году в ходе спецоперации. И хотя официальная версия о религиозных мотивах убийства Ципинова была принята широкой общественностью, по сей день в черкесской среде не утихают слухи о возможном участии третьих сил в резонансном политическом убийстве черкесского ученного.

Аслан Амербиевич Ципинов был доктором филологических наук, профессором, заслуженным деятелем науки КБР, академ-секретарь историко-филологических дисциплин Адыгской (Черкесской) международной академии наук (АМАН). Аслан Ципинов проводил в Нальчике черкесские (адыгские) фольклорные праздники, пропагандировал традиционные черкесские ценности и противостоял исламизации общества. Безусловный сторонник рассекречивания исторической правды о Русско-Черкеской войне, один из ведущих идеологов черкесского национального движения на основе Хабзэ, Ципинов бескомпромиссно продвигал в молодежной среде идеологию черкесского этноса. Помимо того, что ему приходилось сталкиваться и бороться с невежеством собственного народа, крайнюю опасность для него представляли последователи радикального ислама.

На расцвет исламского экстремизма в Кабардино-Балкарии пришлись массовые празднования национальных праздников, организованные Асланом Ципиновым на центральной площади республики. И в то время, когда часть молодежи под влиянием исламской пропаганды активно уходила в лес, он призывал молодых парней обратится к национальному. Показывал всю глубину и красоту Хабзэ, языка, он зарождал в сердце молодых людей желание восстановить черкесский этикет, который шел в разрез с ценностями и целями исламского экстремизма.

Очевидно, что идеологи исламского экстремизма видели в Аслане Ципинове безбожника. Имея не просто академические знания, но и харизму, Аслан увлекал молодежь и уводил из-под носа экстремистов «актив». Вместе с тем, смерть ученного, сведенная следствием к расправе фанатиков над общественным деятелем, продолжает вызывать много вопросов.

Выстрел без угроз

Несмотря на то, что значительная часть молодых мусульман была не довольная деятельностью черкесских общественных деятелей, в 2010 году у кабардино-балкарских джамаатов были куда более опасные противники, нежели черкесские активисты и ученные. В 2010 году деятельность джамаатов была сосредоточена на двух архиважных для подполья вещах: это выбивание денег у бизнеса и вооруженные диверсии против силовых структур, которые к тому времени значительно преуспели в деле борьбы с радикалами. Возможно по этой причине в адрес Ципинова и других черкесских активистов не поступало угроз, которые поступали в адрес тех же бизнесменов, отказывавшихся в 2010 году платить налог на джихад.

Не случайной кажется и вышедшая накануне убийства в республиканской газете «Кабардино-Балкарская Правда» статья: «Кто ведёт нас назад к язычеству?» Статья содержала в себе массу нелестных высказываний о национальных праздниках, о традициях, открыто называя Ципинова язычником и вероотступником.

Обращает на себя внимание и молчание тогдашнего руководства валайята Кабарды Балкарии и Карачая. Сменивший кабардинца по национальности Анзора Астемирова, карачаевец — Аскер Джапуев, комментирующий периодически все карательные акции джихадистов в республике, никак не прокомментировал убийство общественного деятеля.

Характерна также реакция сайта «Кавказ-Центр», головного сайта Имарата Кавказ. Сообщение об убийстве было дано в нейтральном тоне, убитый был назван «этнографом», без каких-либо отрицательных эпитетов. И лишь 8 января «официальный сайт вилайата Кабарды Балкарии и Карачая» (КБК) опубликовал пятиминутное видео, в котором «амир юго-западного сектора» Закария взял на себя ответственность за убийство в конце декабря профессора Кабардино-Балкарского университета, известного этнолога Аслана Ципинова

Таким образом, очевидно, что реакция самих религиозных фанатиков была явно запоздалой и весьма странной. Чего нельзя сказать о региональной прессе, которая сразу же на следующий день после убийства опубликовала обращение властей Кабардино-Балкарии с призывом к общественности «принять этот вызов, противопоставив бандитам свою сплоченность, нетерпимое отношение к тем, кто навязывает обществу чуждые идеи «чистого ислама».

Молчание радикалов с одной стороны и воззвания республиканских властей к кабардино-балкарскому обществу с другой, породили слухи о том, что за убийством если даже не стоят третьи силы за пределами республики, то наверняка кто-то хочет столкнуть две идеи: национальную и исламскую.

Аслан был одним из тех, кто первым публично озвучил неудобные исторические факты, связанные с Русско-Черкесской войной. А знания Ципинова незаменимые для формирования базиса требований национального движения, в числе прочего легли в основу требований о признании геноцида. И с каждым годом становится очевиднее, что убийство Аслана Ципинова носило заказной политический характер. Его убийство могло открыть шлюзы для террора, для гражданской войны в Кабардино-Балкарии, привести к ощущению физической опасности для каждого человека, который идет не в ногу с официальной доктриной.

Самая важная мысль Аслана Ципинова, которую он пронес через всю свою жизнь – человечность. Во главу угла он всегда ставил человеческую жизнь. «Си л1ыгъэ къимыхьар си насып къремыхь» — часто говорил Ципинов. Уи л1ыгъэм къихьам уи насыпыр тек1уакъым.

Возможно поэтому смерть Аслана Ципинова не обернулась дальнейшим насилием и не сломила черкесское национальное движение.

Аида Герг]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]

29 декабря 2010 года 51-летнего Аслана Ципинова расстреляли религиозные фанатики за организацию черкесских обрядов, которые были восприняты радикалами как «пропаганда язычества» и угроза исламу.

Взявшие на себя убийство фанатики из Кабардино-Балкарского сектора Имарата Кавказ были уничтожены в 2012 году в ходе спецоперации. И хотя официальная версия о религиозных мотивах убийства Ципинова была принята широкой общественностью, по сей день в черкесской среде не утихают слухи о возможном участии третьих сил в резонансном политическом убийстве черкесского ученного.

Аслан Амербиевич Ципинов был доктором филологических наук, профессором, заслуженным деятелем науки КБР, академ-секретарь историко-филологических дисциплин Адыгской (Черкесской) международной академии наук (АМАН). Аслан Ципинов проводил в Нальчике черкесские (адыгские) фольклорные праздники, пропагандировал традиционные черкесские ценности и противостоял исламизации общества. Безусловный сторонник рассекречивания исторической правды о Русско-Черкеской войне, один из ведущих идеологов черкесского национального движения на основе Хабзэ, Ципинов бескомпромиссно продвигал в молодежной среде идеологию черкесского этноса. Помимо того, что ему приходилось сталкиваться и бороться с невежеством собственного народа, крайнюю опасность для него представляли последователи радикального ислама.

На расцвет исламского экстремизма в Кабардино-Балкарии пришлись массовые празднования национальных праздников, организованные Асланом Ципиновым на центральной площади республики. И в то время, когда часть молодежи под влиянием исламской пропаганды активно уходила в лес, он призывал молодых парней обратится к национальному. Показывал всю глубину и красоту Хабзэ, языка, он зарождал в сердце молодых людей желание восстановить черкесский этикет, который шел в разрез с ценностями и целями исламского экстремизма.

Очевидно, что идеологи исламского экстремизма видели в Аслане Ципинове безбожника. Имея не просто академические знания, но и харизму, Аслан увлекал молодежь и уводил из-под носа экстремистов «актив». Вместе с тем, смерть ученного, сведенная следствием к расправе фанатиков над общественным деятелем, продолжает вызывать много вопросов.

Выстрел без угроз

Несмотря на то, что значительная часть молодых мусульман была не довольная деятельностью черкесских общественных деятелей, в 2010 году у кабардино-балкарских джамаатов были куда более опасные противники, нежели черкесские активисты и ученные. В 2010 году деятельность джамаатов была сосредоточена на двух архиважных для подполья вещах: это выбивание денег у бизнеса и вооруженные диверсии против силовых структур, которые к тому времени значительно преуспели в деле борьбы с радикалами. Возможно по этой причине в адрес Ципинова и других черкесских активистов не поступало угроз, которые поступали в адрес тех же бизнесменов, отказывавшихся в 2010 году платить налог на джихад.

Не случайной кажется и вышедшая накануне убийства в республиканской газете «Кабардино-Балкарская Правда» статья: «Кто ведёт нас назад к язычеству?» Статья содержала в себе массу нелестных высказываний о национальных праздниках, о традициях, открыто называя Ципинова язычником и вероотступником.

Обращает на себя внимание и молчание тогдашнего руководства валайята Кабарды Балкарии и Карачая. Сменивший кабардинца по национальности Анзора Астемирова, карачаевец — Аскер Джапуев, комментирующий периодически все карательные акции джихадистов в республике, никак не прокомментировал убийство общественного деятеля.

Характерна также реакция сайта «Кавказ-Центр», головного сайта Имарата Кавказ. Сообщение об убийстве было дано в нейтральном тоне, убитый был назван «этнографом», без каких-либо отрицательных эпитетов. И лишь 8 января «официальный сайт вилайата Кабарды Балкарии и Карачая» (КБК) опубликовал пятиминутное видео, в котором «амир юго-западного сектора» Закария взял на себя ответственность за убийство в конце декабря профессора Кабардино-Балкарского университета, известного этнолога Аслана Ципинова

Таким образом, очевидно, что реакция самих религиозных фанатиков была явно запоздалой и весьма странной. Чего нельзя сказать о региональной прессе, которая сразу же на следующий день после убийства опубликовала обращение властей Кабардино-Балкарии с призывом к общественности «принять этот вызов, противопоставив бандитам свою сплоченность, нетерпимое отношение к тем, кто навязывает обществу чуждые идеи «чистого ислама».

Молчание радикалов с одной стороны и воззвания республиканских властей к кабардино-балкарскому обществу с другой, породили слухи о том, что за убийством если даже не стоят третьи силы за пределами республики, то наверняка кто-то хочет столкнуть две идеи: национальную и исламскую.

Аслан был одним из тех, кто первым публично озвучил неудобные исторические факты, связанные с Русско-Черкесской войной. А знания Ципинова незаменимые для формирования базиса требований национального движения, в числе прочего легли в основу требований о признании геноцида. И с каждым годом становится очевиднее, что убийство Аслана Ципинова носило заказной политический характер. Его убийство могло открыть шлюзы для террора, для гражданской войны в Кабардино-Балкарии, привести к ощущению физической опасности для каждого человека, который идет не в ногу с официальной доктриной.

Самая важная мысль Аслана Ципинова, которую он пронес через всю свою жизнь – человечность. Во главу угла он всегда ставил человеческую жизнь. «Си л1ыгъэ къимыхьар си насып къремыхь» — часто говорил Ципинов. Уи л1ыгъэм къихьам уи насыпыр тек1уакъым.

Возможно поэтому смерть Аслана Ципинова не обернулась дальнейшим насилием и не сломила черкесское национальное движение.

Аида Герг]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Тринадцать лет прошло со дня убийства этнографа Аслана Ципинова. https://circassian2020.ru/index.php?newsid=574

Друг мой Мирзабий, я тебя знаю с малых лет. Ты еще молодой, но тебя я знаю, как умного и инициативного молодца. Твоя мать меня считала за сына, я тебя считаю за брата. Ты меня слушал всегда и бывал прав. Также, как и меня, ты знаешь и моих друзей Али, Дзуну и Хацу. Мы пришли к тебе не в гости, - ты [allow-turbo]можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы.]]>[/allow-turbo] People admin Wed, 22 Apr 2020 17:36:01 +0300 [/shortrss] [fullrss] Восстание Исмела Кертова https://circassian2020.ru/index.php?newsid=131 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=131 admin Wed, 22 Apr 2020 17:36:01 +0300

Друг мой Мирзабий, я тебя знаю с малых лет. Ты еще молодой, но тебя я знаю, как умного и инициативного молодца. Твоя мать меня считала за сына, я тебя считаю за брата. Ты меня слушал всегда и бывал прав. Также, как и меня, ты знаешь и моих друзей Али, Дзуну и Хацу. Мы пришли к тебе не в гости, - ты]]> [allow-turbo]можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы.]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы.]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Восстание Исмела Кертова https://circassian2020.ru/index.php?newsid=131

Друг мой Мирзабий, я тебя знаю с малых лет. Ты еще молодой, но тебя я знаю, как умного и инициативного молодца. Твоя мать меня считала за сына, я тебя считаю за брата. Ты меня слушал всегда и бывал прав. Также, как и меня, ты знаешь и моих друзей Али, Дзуну и Хацу. Мы пришли к тебе не в гости, - ты People Wed, 22 Apr 2020 17:36:01 +0300 Друг мой Мирзабий, я тебя знаю с малых лет. Ты еще молодой, но тебя я знаю, как умного и инициативного молодца. Твоя мать меня считала за сына, я тебя считаю за брата. Ты меня слушал всегда и бывал прав. Также, как и меня, ты знаешь и моих друзей Али, Дзуну и Хацу. Мы пришли к тебе не в гости, - ты
можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы. [allow-turbo]можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы.]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]можешь быть нам очень полезен. Как видишь, мы из леса, мы "бандиты", враги
колхоза и коммунистов. Мы будем резать,
колоть, убивать коммунистов, Мы с именем Аллаха будем громить и всякие колхозы. Пусть про нас узнает вся Кабарда, пусть узнают в Балкарим, Карачае, Осетии, Ингушетии, Чечне, пусть узнает Кавказ! Пусть присылают таких бандитов, как мы! ГПУ уже знает, конечно, про нас. Пусть высылает своих сыщиков: Кертиева с его друзьями они всегда найдут. Мы их всегда встретим! Только, братишка, Мирзабий, мы пока с голыми руками, не имеем ни винтовок, ни лошадей. Даже и кинжала. В неначатом деле змей сидит, но не надо
бояться, нужно начинать дело. Поэтому
мы и пришли к тебе. На Зольских пастбищах много лошадей. Можешь ли нам помочь достать или же ты будешь нашим врагом с первого шага?
Мирзабий услышал эти слова и почувствовал какое-то облегчение душе.
Кертов разбудил в нем какие-то неясные,
мысли. У него в глазах засверкало. Он вспомнил слова старика Кары, когда тот смотрел в кость и не хотел рассказать ему, что в ней. "Неужеля это будет начало необычайного года, про который сказал Кара?", - подумал он и ответил сердечно:
Всегда готов помочь вам!

Мирзабий отдал продукты и хотел было
уйти, но его задержали. Подожди, тебе надо знать и дальнейшую нашу задачу. Мы решили поехать к карачаевцам, Если там не будет, то через неделю будем здесь, - заключил Исмель. Поэтому навещай почаще это место. Мы пока не будем свое выдавать
местонахождение, так как у нас нет силы для ответа агентам ГПУ. Но ты распускай слухи о нас. Пусть всем этомон пускай слухи о нас. Пусть услышат! При всем этом будь осторожен! Рисковать сейчас еще бесполезно. Все может кончиться провалом.
- Итак, дело начато, дай Аллах нам
успеха. По коням! - Все мигом очутились
на конях. Первый шаг Газавата, сказал Исмель, выезжая вперед.
- С Аллахом в путь Газаяата! сказал
Али.
- За Шамилевский Газават! - И Дзуна последовал третьем.
- На Газават! - пробасил Хацу Паунежев.

Паунежев Хацу вернулся в «Чих-быда» с
шестью всадниками. Исмель их встретил с
большой радостью.
- Участвовать в нашем благородном деле приходят благородные люди. Аллах с Вами, - бывайте у нас, умрите с нами… Грешно не умереть за священный Газават, за имам и дин, за нашу свободную будущую жизнь. Во всем нам поможет Аллах. Будьтө здоровы и счастливы! - говорил Исмель, обнимая новых повстанцев.
В это время принесли Исмелю срочное
донесение:
- Верховые едут. Их около ста.
- Сто верховых? Гм-м… Это нас ищут.
Ну, хорошо, мы их гостеприимно встретим.
К оружию!
Через десять минут группа Кертова сидела в засаде. Исмель лежал, спрятавшись за большим дубом смотрел на дорогу. Он
держал наготове пулемет. Его выстрел будет сигналом для остальных, лежащих вдоль
дороги. Показались всадники. Впереди ехал начальник милиции, за ним несколько милиционеров и партийных. Исмель нахмурил брови и стал наводить пулемет в голову начальника милиции.
- А-а, безбожник, конец тебе! Смерть
пригнала тебя сюда, подумал Исмель. Когда.
отряд подъехал на пятьдесят метров, Исмель дал очередь из пулемета, Начальник милиции, опрокинувшись, упал с лошади. Сразу же последовал залп партизан. Убито еще восемь человек. Началась паника. Лошади испуганно метались в разные стороны. Всадники истерично кричали. Отряд рассыпался. Под градом пуль кертиевцев, рассеянные остатки отряда, панически бежали.
- За мной, в атаку, за Газават! скомандовал Исмель и побежал к своей лошади. Все четырнадцать повстанцев последовали за своим водителем.
Они погнались за отступающим отрядом.
На руках у них блестели сабли. Кертиев нагнал одного в форме ГПУ.
- Смерть тебе, собака!, - и разрубил его
пополам. Половина его упала с лошади, а
облегченная на пол-человека лошадь понеслась галопом вперед, задрав хвост и голову. Несколько всадников противника сорвались с обрыва вместе с лошадьми.
Отряд начал отстреливаться, заняв налету выгодный рубеж. Но кертиевцев трудно
было остановить. Отряд опять отступил.
Противник был отброшен без оглядки на
и кертиевцы вернулись с большой победой, потеряв одного против тридцати пяти. Вечером, похоронив своего борца, павшего в первом бою за Газават, они запели закир и поклялись именем Аллаха умереть так, как умер он. Эта группа газаватистов видела в Кертиева бесстрашного и решительного водителя, преданного делу народа. Они начали слогать песни о нем.

Карательный отряд вернулся в район я привез с собой ужасные вести. Они рассказывали, что Кертиев Исмель бессмертный человек, что он и его группа не знает ни страха, ни смерти, что невозможно взять силою человека. Слухи об этом мигом по всем селам Кабарды, Балкарии и Карачая, Народ верил по слухам и в свою очередь, слогал свою молву о нем. Между тем Кертиев
решил менять свое местопребывание, так
как его обнаружили и дело могло кончиться печально. Ночью Исмель заехал к Мирзабий со своим отрядом и переночевал у него. От Мирзабия они получили несколько сот патронов и револьверы. Всю ночь Кертиев не спал, он думал о том, что будет делать дальше, как лучше ему действовать, чтобы не погибнуть зря, не принесши какой-нибудь пользы народу. Были слухи о том, что в среде Терских и Кубанских казаков началось броженне, а
кое-где и восстание против существующего строя. Кертиев решял связаться с ними. Утром рано отряд выехал из отары
Мирзабия.
- Поедем к терским казакам, будем скрываться в Урухских лесах, сказал Исмель, прощаясь с Мирзабием.
Гонгапшев сказал им, что эту зиму будет стоять в лесу у «Жерып-Хот», чтобы иметь больше возможности помогать им. Исмель уехал к казакам. После двухнедельного пребывания у казаков, группа Кертиева вернулась с двумя
ручными пулеметами и пятьюстами патронов. Исмель связался со старым казаком,
который обещал, что поможет им в дни восстания и, в свою очередь, поднимет восстание терских казаков и присоединиться к кабардинцам.

Кертиев, тем временем, разбогатев вооружением и провиантом, решил двинуться сам в наступление, чтобы освободить села северной части Кабарды. Занималось село за селом, район за районом, словом, вся северная часть Кабарды - Каменномостский, Зольский, Кубинский, Прималкинский, Баксанский и Чегемский районы). Все отобранное большевибыло снова возвращено крестьянам.

В эти дни матери уҗе не слышали просьб голодных детей: мамочка, дай молочка! Крестьяне вновь стали сытыми. На большом крестьянском митинге, где
присутствовало до 20000 кабардинцев, готовых к новым боям, Кертиев сказал:
- Мы знаем, что - враг силен и наши успехи, это успехи временные, так как нам одним не преодолеть силы большевиков,
в конце концов, придется погибнуть, но мы повстанцы предпочитаем гибель на поле битвы за нашу правоту, во имя свобободы и защиты Корана, мечетей и права свободы собственности; чем быть сначала
проблемными, затем эксплуатируемыми и, наконец, медленно умереть под грязным
сапогом безбожника. Наша смерть будет славой и история вспомнит нас добрым словом.
Большевистское правительство Кабарды ожидало прибытия военных частей для подавления кертиевцев, но тревожное
настроения крестьянства во всех областях не давало возможности перебросить чекистские карательные части. Терские казачьи военные части выполняли приказ верховной власти о подавлении Кертиевцев пассивно, только на бумаге; Георгиевская
кавалерийская часть отказала в посылке кавалерийского полка против кавказцев. Это давало кертиевцам передышку и они все сильнее и сильнее креплялись в горах.

Было принято решение занять город Нальчик. Нальчик был забаррикадирован. Кертиев не хотел проливать лишней крови. Он приказал восьми эскадронам сделать обход через горный хребет в тыл Нальчику и через Вольный Аул перейти реку и войти в город с тыла. Другие отряды пошли против баррикад, не входя в близкое соприкосновение c противником, а лишь отвлекая его перестрелкой от готовящейся операции с Юга. На рассвете в город с юга ворвались четыреста лихих всадников и, сломив сопротивление северной обороны, открыли путь в город главным силам. В Нальчике было взято много оружия, боеприпасов и провианта. Все трофеи были немедленно отправлены в горы.

Правительство, во главе с Калмыковым, успело удрать из города, намереваясь срочно переехать во Владикавказ, но так как станция «Котляревская» охранялась кертиевцами, то ему ничего другого не оставалось делать, как укрыться в Малокабардинском районе (в не занятой кертиевцами юго-восточной Кабарде.
На станции. «Котляревская» был взят без боя застигнутый врасплох, военный эшелон смешанных чекистских и полицейских частей. В эшелоне было 600 человек вооруженных солдат, 12 тяжелых пулеметов, много легких и ручных пулеметов, 4 пушки, много снарядов, патронов и продовольствия. Чекистам предложили раздеть верхнюю одежду и снять сапоги (сейчас
жарко, нам она не нужна, а нам в горах пригодится) погрузили всех в нижнем белье снова в вагоны и отправили обратно во Владикавказ, сказав:
"Захватывайте побольше вооружения и приезжайте опять, мы будем вас ждать."

Вскоре Кертиев получил сведения от соседних казачьих друзей о том, что два полка из 26-й Сухумской дивизии прибыли для борьбы с повстанцами. Один полк горной пехоты выгрузился на тупике Кисловодска, а другой на станции Апшеронск. Кертиев понял: Кавалерийский полк пойдет на Малку через станицу Марьевскую и завяжет с нами бой, а горная пехота спокойно перейдёт через горные пастбища на горный хребет и займёт наши горные укрепления, отрезав нам отступление. Они могут нас бить тогда в открытом поле и с гор и с долины, постепенно уничтожая нас.

В последующие дни кертиевцы продолжали успешные бои с наступающими частями противника, сделали несколько смелых и удачных ночных атак, но по всему чувствовалось, что большевики поставили перед собой задачу во что бы то ни стало разделаться с повстанцами. Красные стратеги быстро догадались о невыгодности
наступления из Апполонска на нижнем фронте и перебрасывали остатки разбитой кавалерии в Прохладное, откуда направляли в район Алтуд (кабардинская территория). Кертиевцы с нижнего фронта узнали об этом маневре противника и срочно направились туда.

В треугольном Туашевском кусте между Прохладным, Алтудом и Карагачем (70 клм. от укрепленной позиции кертиевцев) разыгрался сильный и продолжительный бой. Эшелон за эшелоном подходил с новыми большевистскими частями к станции Солдатской, оттуда через аул Корочача против них переправлялся через реку Малка в тыл действующим кертиевцам. Узнав о сложившейся обстановке, остатки кертиевцев нижнего фронта бросились на выручку но им было не под силу одолеть превосходящего противника. Кертиевцы были окружены, но продолжали бой, стараясь прорвать кольцо врагов.
Когда Кертиеву стало известно об окружении, он немедленно снимает почти всех с горного фронта и отправляется на нижний фронт. Кертиеву удалось соединиться с окруженными частями, но зато теперь путь к горным укреплениям был отрезан. Огромных кровавых потерь стоил Кертиеву прорыв в горы, но он ему все таки удался.

Позже, шаг за шагом, уступая натиску противника, кертыевцы отступили к подножию гор. И тогда с укреплений Кертиева открылся артиллерийский огонь. Тяжелые
пулеметы, замаскированные в горах метко строчили по линии врага.

С этого момента кертиевцев преследовали все больше и больше отряды вооруженных чекистов, а повстанцы, ежедневно уменьшаясь, все же продолжали оказывать упорное сопротивление, во много раз превосходящему его противнику. Зимой сражения продолжались в горах при поддержке горных жителей, которым не мало доставалось от большевиков за помощь повстанцам.

К весне 1932 года Кертиев остался в живых только с небольшим количеством повстанцев, но по-прежнему был неуловим.
Тактика борьбы к этому времени изменилась. Он производил налеты на представителей советской власти на местах, забирал живыми и затем сам судил наиболее отличавшихся своей свирепостью к народу
коммунистов, терроризировал районных и областных чекистов. Словом, не давал ни минуты покоя большевикам. Новое руководство ГПУ решило во что бы то ни стало поймать Кертиева, оно подсылало к нему провокаторов под предлогом присоединения к повстанцам, но Кертиев разгадал коварные замыслы врага и
отсылал таких людей обратно.
Самым первым другом Кертиева, с самого начала его антибольшевистской борьбы был Понеж Хацу, который в то время, иногда, с разрешения Кертиева, ходил в родное село Сармак, чтобы узнавать всякие новости от своих односельчан.

Хацу попал в руки врага окончательно и бесповоротно. ГПУ, естественно, обрадовалось поймав такой «лакомый кусок», и потребовало от него выдачи Кертиева, взамен этого ему была обещана свобода. У Понеж Хацу
на этот раз не хватило мужества пожертвовать своей жизнью в интересах отдыхающих в горах друзей. Наивный, он надеялся
спасти себе жизнь, показав место пребывания Кертиева, в расчете на то, что кертиевцы все равно не сдадуться, а завяжут бой, и может быть, ему, Понеж Хацу, удастся в
шуме боя уйти от ГПУ и примкнуть к своим друзьям. Увы, его планам не суждено было осуществиться.

Застигнутые врасплох кертиевцы
и не подумали сдаваться, наоборот, они успели дружным залпом встретить коварного врага. Снова и снова наступают чекисты
на кучку самоотверженных героев, но герои отбрасывают их назад. Десятки убитых оставил Кертиев на поле боя, но в плен не сдался, а сумел ускользнуть от чекистов с
горсткой последних бойцов. Возле тяжело раненого Кертиева стояли
его верные боевые друзья. Кертиев успел им сказать свое последнее желание: Похороните меня, друзья мои, в таком месте,
чтобы псы из ГПУ никогда не напали на мою могилу, а народ меня будет вспоминать добрым словом я для него сделал, что мог
и это моя последняя радость перед смертью. Кертиева похоронили.

Остатки кертиевцев направились после похорон через перевал Грузинской дороги, чтобы приютиться в Грузии. Приютились. Они должны были приютиться потому, что знали нужно ждать! Еще придет час, когда новые кертиевцы - пойдут в бой, чтобы окончательно отвоевать у большевиков свое счастье, то счастье, за которое боролись кертиевцы.]]>[/allow-dzen] [/yandexrss][shortrss] Фарук Шеуджен: «Черкесы должны стать политической силой» https://circassian2020.ru/index.php?newsid=50 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=50

Что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели должны быть у черкесов как единой нации?
Эти и другие актуальные для черкесов всего мира вопросы были отражены в опросе черкесских элит в разных странах, который провела инициативная группа под названием «Черкесский круг».
Как рассказал Caucasus Times организатор инициативы, председатель ККОО «Адыгэ Хасэ Краснодара Аскер Сохт, в ходе опроса были затронуты самые фундаментальные основы жизни черкесского народа.
Среди опрошенных: Зейнель Абидин Беслени Школа восточных и африканских исследований Лондонского Университета. Лондон, Великобритания; Сохроков Хаути Президент Союза общественных объединений «Международная черкесская ассоциация по единению черкесского народа, развитию связей черкесской диаспоры с исторической родиной» . Нальчик, Россия; Ялдыз Щекерджи Президент Федерации Кавказских Ассоциаций в Турции. Анкара, Турция; Нусрет Баш Президент Федерации черкесов Турции. Стамбул, Турция; Мадина Хакуашева профессор, доктор филологических наук, КБИГИ. Нальчик, Россия;
Негор Фетхи Гюнгер профессор, доктор социальных наук Университет Ялова. Ялова, Турция; Шеуджен Фарук председатель «Партии плюралистической демократии» Турции. Стамбул, Турция; Сохт Аскер председатель ККОО «Адыгэ Хасэ. Краснодар, Россия; Адель Башкауи Черкесский общественный деятель. Амман, Иордания; Ратмир Каров Черкесский гражданский активист. Нальчик. Россия.
Вопросы были составлены журналистом и политологом Авраамом Шмулевичем.
Сегодня в рамках цикла экспертных интервью агентство Caucasus Times представляет Вашему вниманию интервью с Фаруком Шеуджен, лидером Демократической партии Турции.

(ÇDP Çoğulcu Demokrasi partisi Genel başkanı Sayın Faruk)

Вопрос: Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической родине, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Шеуджен Фарук: Черкесы – подвергнутый геноциду и изгнанный народ, страна которого погибла. Самое важное, что может объединить этот народ, — это забота о возрождении своей родины, свободная и мирная жизнь в своем родном краю и сохранение будущими поколениями языка, культуры и самобытности путем их укрепления. Черкесы должны рассматривать ситуацию, в которой они находятся, как «проблему национального достояния». Все подходы и действия, которые будут выдвинуты ими, должны формироваться с учетом разработки мирных, но непременных путей достижения этого идеала.
Также живущие за пределами родины черкесы должны демонстрировать сильное присутствие в странах пребывания, заботу в отношении сохранения своего языка, культуры и самобытности, и соответственно, организовываться во всех сферах жизни и действовать с пониманием, которое создаст сотрудничество и взаимодействие для достижения общих целей и создаст высшую организованную силу черкесского народа. Должны искать способы стать политической силой как на родине, так и за её пределами. Родина должна быть во взаимодействии и отношениях с диаспорой, а диаспора с родиной, что придаст силу как диаспоре, так и Родине.

Вопрос: Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Шеуджен Фарук: В постоянно меняющемся мире защита черкесской национальной идентичности может быть достигнута путем разработки инструментов и методов защиты и развития национального самосознания и национальной идентичности вокруг общих целей во всех сферах жизни при помощи гражданской, функциональной и сильной организации.
Вопрос: В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?
Шеуджен Фарук: Черкесам, большая часть которых разрозненно проживает в крупных городах, необходимы стимулирующий вклад и ресурсы государств, соответствующие современности инструменты для передачи молодому поколению цивилизационных и культурных ценностей черкесского народа. Чтобы мобилизовать эти инструменты и ресурсы, необходимы сильные организации и заинтересованность в них значительной части общества. Организация черкесского народа, похоже, пока еще совсем далека от возможности найти решение проблем черкесского общества, как в количественном плане, так и в интеллектуальном плане.
На вопрос «Каковы привлекательность и неоценимые ценности черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности?» мой ответ таков: Черкесская культура — это культура, основанная на ценности и уважении, отфильтрованная многовековым жизненным опытом. Ценить и быть ценным, уважать, будучи уважаемым – это составляет суть черкесской культуры. Черкесская культура — это культура, которая ценит себя и общество, определяет и осмысливает свою собственную ценность по сравнению с ценностью, которую она дает обществу, и нацелена на личность, которая считает, что увидит ту же ценность и уважение со стороны общества. Можно сказать, что все остальные элементы черкесской культуры сформированы вокруг этого базового подхода и служат ему. Отсюда — привлекательность и бесценность черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности. Такое понимание жизни заставляло черкесов жить гуманно и мирно даже во времена, когда не было правового и государственного порядка.
Способ представления и объяснения черкесской культуры и ее характера самому черкесскому обществу и миру проходит через организацию, объединенное сообщество.
Вопрос: Что необходимо сделать для сохранения исторической памяти и культурного наследия черкесов? Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере?
Шеуджен Фарук: У черкесского общества есть очень важные проблемы в защите исторической памяти и культурного наследия. Существует проблема исторической памяти, которая не совпадает с исторической трагедией, пережитой черкесским обществом. После геноцида и изгнания 1864 года и до настоящего времени черкесский народ действовал так, как будто такого исторического события не было. Можно сказать, что историческая трагедия черкесского народа и процесс, который привел его к этой трагедии, начали осознаваться и вызывать интерес в последние два десятилетия, но это ограничивается небольшой частью общества. Также можно сказать, что на это также еще повлияли отсутствие письменной традиции и культурные коды. Виден параллельный процесс работы с точки зрения защиты культурного наследия. Ассимилятивная и репрессивная политика, проводимая как на родине, так и в диаспоре, привела к значительной эрозии культурного наследия черкесского народа. Необходимо бороться с этими проблемами с помощью исследований и сообществ, которые будут созданы сильными организациями.
Вопрос: Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?
Шеуджен Фарук: Прежде, чем ответить на этот вопрос, необходимо оценить, существует ли черкесское национальное движение. На наш взгляд, очень сложно говорить о существовании черкесского национального движения. Черкесский народ переживает дисфункциональный кризис и слабо организован в диаспоре. Крыло организации гражданского общества диаспоры связано со структурой, которая не является организацией гражданского общества на родине, и не может продемонстрировать рефлекс соответствующей потребностям неправительственной организации. На родине, в недемократической государственной структуре, создание сильной неправительственной организации кажется далекой мечтой. Разве можно говорить о черкесском национальном движении в нынешней ситуации, в этих условиях?!!!
Черкесское национальное движение может быть создано через мощную организацию с общими целями, которые поддержит значительная часть общества. Что здесь является решающим – это общие идеи, цели, мечты о будущем и люди, которые с преданностью и доверием поддержат все это.
Прежде всего, должно быть создано черкесское национальное движение, сформулировавшее свои политические и культурные цели, которые в свою очередь примет и поддержит большая часть общества.

[allow-turbo]Что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели должны быть у черкесов как единой нации?
Эти и другие актуальные для черкесов всего мира вопросы были отражены в опросе черкесских элит в разных странах, который провела инициативная группа под названием «Черкесский круг».
Как рассказал Caucasus Times организатор инициативы, председатель ККОО «Адыгэ Хасэ Краснодара Аскер Сохт, в ходе опроса были затронуты самые фундаментальные основы жизни черкесского народа.
Среди опрошенных: Зейнель Абидин Беслени Школа восточных и африканских исследований Лондонского Университета. Лондон, Великобритания; Сохроков Хаути Президент Союза общественных объединений «Международная черкесская ассоциация по единению черкесского народа, развитию связей черкесской диаспоры с исторической родиной» . Нальчик, Россия; Ялдыз Щекерджи Президент Федерации Кавказских Ассоциаций в Турции. Анкара, Турция; Нусрет Баш Президент Федерации черкесов Турции. Стамбул, Турция; Мадина Хакуашева профессор, доктор филологических наук, КБИГИ. Нальчик, Россия;
Негор Фетхи Гюнгер профессор, доктор социальных наук Университет Ялова. Ялова, Турция; Шеуджен Фарук председатель «Партии плюралистической демократии» Турции. Стамбул, Турция; Сохт Аскер председатель ККОО «Адыгэ Хасэ. Краснодар, Россия; Адель Башкауи Черкесский общественный деятель. Амман, Иордания; Ратмир Каров Черкесский гражданский активист. Нальчик. Россия.
Вопросы были составлены журналистом и политологом Авраамом Шмулевичем.
Сегодня в рамках цикла экспертных интервью агентство Caucasus Times представляет Вашему вниманию интервью с Фаруком Шеуджен, лидером Демократической партии Турции.

(ÇDP Çoğulcu Demokrasi partisi Genel başkanı Sayın Faruk)

Вопрос: Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической родине, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Шеуджен Фарук: Черкесы – подвергнутый геноциду и изгнанный народ, страна которого погибла. Самое важное, что может объединить этот народ, — это забота о возрождении своей родины, свободная и мирная жизнь в своем родном краю и сохранение будущими поколениями языка, культуры и самобытности путем их укрепления. Черкесы должны рассматривать ситуацию, в которой они находятся, как «проблему национального достояния». Все подходы и действия, которые будут выдвинуты ими, должны формироваться с учетом разработки мирных, но непременных путей достижения этого идеала.
Также живущие за пределами родины черкесы должны демонстрировать сильное присутствие в странах пребывания, заботу в отношении сохранения своего языка, культуры и самобытности, и соответственно, организовываться во всех сферах жизни и действовать с пониманием, которое создаст сотрудничество и взаимодействие для достижения общих целей и создаст высшую организованную силу черкесского народа. Должны искать способы стать политической силой как на родине, так и за её пределами. Родина должна быть во взаимодействии и отношениях с диаспорой, а диаспора с родиной, что придаст силу как диаспоре, так и Родине.

Вопрос: Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Шеуджен Фарук: В постоянно меняющемся мире защита черкесской национальной идентичности может быть достигнута путем разработки инструментов и методов защиты и развития национального самосознания и национальной идентичности вокруг общих целей во всех сферах жизни при помощи гражданской, функциональной и сильной организации.
Вопрос: В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?
Шеуджен Фарук: Черкесам, большая часть которых разрозненно проживает в крупных городах, необходимы стимулирующий вклад и ресурсы государств, соответствующие современности инструменты для передачи молодому поколению цивилизационных и культурных ценностей черкесского народа. Чтобы мобилизовать эти инструменты и ресурсы, необходимы сильные организации и заинтересованность в них значительной части общества. Организация черкесского народа, похоже, пока еще совсем далека от возможности найти решение проблем черкесского общества, как в количественном плане, так и в интеллектуальном плане.
На вопрос «Каковы привлекательность и неоценимые ценности черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности?» мой ответ таков: Черкесская культура — это культура, основанная на ценности и уважении, отфильтрованная многовековым жизненным опытом. Ценить и быть ценным, уважать, будучи уважаемым – это составляет суть черкесской культуры. Черкесская культура — это культура, которая ценит себя и общество, определяет и осмысливает свою собственную ценность по сравнению с ценностью, которую она дает обществу, и нацелена на личность, которая считает, что увидит ту же ценность и уважение со стороны общества. Можно сказать, что все остальные элементы черкесской культуры сформированы вокруг этого базового подхода и служат ему. Отсюда — привлекательность и бесценность черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности. Такое понимание жизни заставляло черкесов жить гуманно и мирно даже во времена, когда не было правового и государственного порядка.
Способ представления и объяснения черкесской культуры и ее характера самому черкесскому обществу и миру проходит через организацию, объединенное сообщество.
Вопрос: Что необходимо сделать для сохранения исторической памяти и культурного наследия черкесов? Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере?
Шеуджен Фарук: У черкесского общества есть очень важные проблемы в защите исторической памяти и культурного наследия. Существует проблема исторической памяти, которая не совпадает с исторической трагедией, пережитой черкесским обществом. После геноцида и изгнания 1864 года и до настоящего времени черкесский народ действовал так, как будто такого исторического события не было. Можно сказать, что историческая трагедия черкесского народа и процесс, который привел его к этой трагедии, начали осознаваться и вызывать интерес в последние два десятилетия, но это ограничивается небольшой частью общества. Также можно сказать, что на это также еще повлияли отсутствие письменной традиции и культурные коды. Виден параллельный процесс работы с точки зрения защиты культурного наследия. Ассимилятивная и репрессивная политика, проводимая как на родине, так и в диаспоре, привела к значительной эрозии культурного наследия черкесского народа. Необходимо бороться с этими проблемами с помощью исследований и сообществ, которые будут созданы сильными организациями.
Вопрос: Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?
Шеуджен Фарук: Прежде, чем ответить на этот вопрос, необходимо оценить, существует ли черкесское национальное движение. На наш взгляд, очень сложно говорить о существовании черкесского национального движения. Черкесский народ переживает дисфункциональный кризис и слабо организован в диаспоре. Крыло организации гражданского общества диаспоры связано со структурой, которая не является организацией гражданского общества на родине, и не может продемонстрировать рефлекс соответствующей потребностям неправительственной организации. На родине, в недемократической государственной структуре, создание сильной неправительственной организации кажется далекой мечтой. Разве можно говорить о черкесском национальном движении в нынешней ситуации, в этих условиях?!!!
Черкесское национальное движение может быть создано через мощную организацию с общими целями, которые поддержит значительная часть общества. Что здесь является решающим – это общие идеи, цели, мечты о будущем и люди, которые с преданностью и доверием поддержат все это.
Прежде всего, должно быть создано черкесское национальное движение, сформулировавшее свои политические и культурные цели, которые в свою очередь примет и поддержит большая часть общества.

]]>[/allow-turbo] People admin Fri, 10 Apr 2020 05:34:25 +0300 [/shortrss] [fullrss] Фарук Шеуджен: «Черкесы должны стать политической силой» https://circassian2020.ru/index.php?newsid=50 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=50 admin Fri, 10 Apr 2020 05:34:25 +0300 Что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели должны быть у черкесов как единой нации?
Эти и другие актуальные для черкесов всего мира вопросы были отражены в опросе черкесских элит в разных странах, который провела инициативная группа под названием «Черкесский круг».
Как рассказал Caucasus Times организатор инициативы, председатель ККОО «Адыгэ Хасэ Краснодара Аскер Сохт, в ходе опроса были затронуты самые фундаментальные основы жизни черкесского народа.
Среди опрошенных: Зейнель Абидин Беслени Школа восточных и африканских исследований Лондонского Университета. Лондон, Великобритания; Сохроков Хаути Президент Союза общественных объединений «Международная черкесская ассоциация по единению черкесского народа, развитию связей черкесской диаспоры с исторической родиной» . Нальчик, Россия; Ялдыз Щекерджи Президент Федерации Кавказских Ассоциаций в Турции. Анкара, Турция; Нусрет Баш Президент Федерации черкесов Турции. Стамбул, Турция; Мадина Хакуашева профессор, доктор филологических наук, КБИГИ. Нальчик, Россия;
Негор Фетхи Гюнгер профессор, доктор социальных наук Университет Ялова. Ялова, Турция; Шеуджен Фарук председатель «Партии плюралистической демократии» Турции. Стамбул, Турция; Сохт Аскер председатель ККОО «Адыгэ Хасэ. Краснодар, Россия; Адель Башкауи Черкесский общественный деятель. Амман, Иордания; Ратмир Каров Черкесский гражданский активист. Нальчик. Россия.
Вопросы были составлены журналистом и политологом Авраамом Шмулевичем.
Сегодня в рамках цикла экспертных интервью агентство Caucasus Times представляет Вашему вниманию интервью с Фаруком Шеуджен, лидером Демократической партии Турции.

(ÇDP Çoğulcu Demokrasi partisi Genel başkanı Sayın Faruk)

Вопрос: Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической родине, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Шеуджен Фарук: Черкесы – подвергнутый геноциду и изгнанный народ, страна которого погибла. Самое важное, что может объединить этот народ, — это забота о возрождении своей родины, свободная и мирная жизнь в своем родном краю и сохранение будущими поколениями языка, культуры и самобытности путем их укрепления. Черкесы должны рассматривать ситуацию, в которой они находятся, как «проблему национального достояния». Все подходы и действия, которые будут выдвинуты ими, должны формироваться с учетом разработки мирных, но непременных путей достижения этого идеала.
Также живущие за пределами родины черкесы должны демонстрировать сильное присутствие в странах пребывания, заботу в отношении сохранения своего языка, культуры и самобытности, и соответственно, организовываться во всех сферах жизни и действовать с пониманием, которое создаст сотрудничество и взаимодействие для достижения общих целей и создаст высшую организованную силу черкесского народа. Должны искать способы стать политической силой как на родине, так и за её пределами. Родина должна быть во взаимодействии и отношениях с диаспорой, а диаспора с родиной, что придаст силу как диаспоре, так и Родине.

Вопрос: Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Шеуджен Фарук: В постоянно меняющемся мире защита черкесской национальной идентичности может быть достигнута путем разработки инструментов и методов защиты и развития национального самосознания и национальной идентичности вокруг общих целей во всех сферах жизни при помощи гражданской, функциональной и сильной организации.
Вопрос: В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?
Шеуджен Фарук: Черкесам, большая часть которых разрозненно проживает в крупных городах, необходимы стимулирующий вклад и ресурсы государств, соответствующие современности инструменты для передачи молодому поколению цивилизационных и культурных ценностей черкесского народа. Чтобы мобилизовать эти инструменты и ресурсы, необходимы сильные организации и заинтересованность в них значительной части общества. Организация черкесского народа, похоже, пока еще совсем далека от возможности найти решение проблем черкесского общества, как в количественном плане, так и в интеллектуальном плане.
На вопрос «Каковы привлекательность и неоценимые ценности черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности?» мой ответ таков: Черкесская культура — это культура, основанная на ценности и уважении, отфильтрованная многовековым жизненным опытом. Ценить и быть ценным, уважать, будучи уважаемым – это составляет суть черкесской культуры. Черкесская культура — это культура, которая ценит себя и общество, определяет и осмысливает свою собственную ценность по сравнению с ценностью, которую она дает обществу, и нацелена на личность, которая считает, что увидит ту же ценность и уважение со стороны общества. Можно сказать, что все остальные элементы черкесской культуры сформированы вокруг этого базового подхода и служат ему. Отсюда — привлекательность и бесценность черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности. Такое понимание жизни заставляло черкесов жить гуманно и мирно даже во времена, когда не было правового и государственного порядка.
Способ представления и объяснения черкесской культуры и ее характера самому черкесскому обществу и миру проходит через организацию, объединенное сообщество.
Вопрос: Что необходимо сделать для сохранения исторической памяти и культурного наследия черкесов? Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере?
Шеуджен Фарук: У черкесского общества есть очень важные проблемы в защите исторической памяти и культурного наследия. Существует проблема исторической памяти, которая не совпадает с исторической трагедией, пережитой черкесским обществом. После геноцида и изгнания 1864 года и до настоящего времени черкесский народ действовал так, как будто такого исторического события не было. Можно сказать, что историческая трагедия черкесского народа и процесс, который привел его к этой трагедии, начали осознаваться и вызывать интерес в последние два десятилетия, но это ограничивается небольшой частью общества. Также можно сказать, что на это также еще повлияли отсутствие письменной традиции и культурные коды. Виден параллельный процесс работы с точки зрения защиты культурного наследия. Ассимилятивная и репрессивная политика, проводимая как на родине, так и в диаспоре, привела к значительной эрозии культурного наследия черкесского народа. Необходимо бороться с этими проблемами с помощью исследований и сообществ, которые будут созданы сильными организациями.
Вопрос: Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?
Шеуджен Фарук: Прежде, чем ответить на этот вопрос, необходимо оценить, существует ли черкесское национальное движение. На наш взгляд, очень сложно говорить о существовании черкесского национального движения. Черкесский народ переживает дисфункциональный кризис и слабо организован в диаспоре. Крыло организации гражданского общества диаспоры связано со структурой, которая не является организацией гражданского общества на родине, и не может продемонстрировать рефлекс соответствующей потребностям неправительственной организации. На родине, в недемократической государственной структуре, создание сильной неправительственной организации кажется далекой мечтой. Разве можно говорить о черкесском национальном движении в нынешней ситуации, в этих условиях?!!!
Черкесское национальное движение может быть создано через мощную организацию с общими целями, которые поддержит значительная часть общества. Что здесь является решающим – это общие идеи, цели, мечты о будущем и люди, которые с преданностью и доверием поддержат все это.
Прежде всего, должно быть создано черкесское национальное движение, сформулировавшее свои политические и культурные цели, которые в свою очередь примет и поддержит большая часть общества.

]]> [allow-turbo]Что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели должны быть у черкесов как единой нации?
Эти и другие актуальные для черкесов всего мира вопросы были отражены в опросе черкесских элит в разных странах, который провела инициативная группа под названием «Черкесский круг».
Как рассказал Caucasus Times организатор инициативы, председатель ККОО «Адыгэ Хасэ Краснодара Аскер Сохт, в ходе опроса были затронуты самые фундаментальные основы жизни черкесского народа.
Среди опрошенных: Зейнель Абидин Беслени Школа восточных и африканских исследований Лондонского Университета. Лондон, Великобритания; Сохроков Хаути Президент Союза общественных объединений «Международная черкесская ассоциация по единению черкесского народа, развитию связей черкесской диаспоры с исторической родиной» . Нальчик, Россия; Ялдыз Щекерджи Президент Федерации Кавказских Ассоциаций в Турции. Анкара, Турция; Нусрет Баш Президент Федерации черкесов Турции. Стамбул, Турция; Мадина Хакуашева профессор, доктор филологических наук, КБИГИ. Нальчик, Россия;
Негор Фетхи Гюнгер профессор, доктор социальных наук Университет Ялова. Ялова, Турция; Шеуджен Фарук председатель «Партии плюралистической демократии» Турции. Стамбул, Турция; Сохт Аскер председатель ККОО «Адыгэ Хасэ. Краснодар, Россия; Адель Башкауи Черкесский общественный деятель. Амман, Иордания; Ратмир Каров Черкесский гражданский активист. Нальчик. Россия.
Вопросы были составлены журналистом и политологом Авраамом Шмулевичем.
Сегодня в рамках цикла экспертных интервью агентство Caucasus Times представляет Вашему вниманию интервью с Фаруком Шеуджен, лидером Демократической партии Турции.

(ÇDP Çoğulcu Demokrasi partisi Genel başkanı Sayın Faruk)

Вопрос: Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической родине, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Шеуджен Фарук: Черкесы – подвергнутый геноциду и изгнанный народ, страна которого погибла. Самое важное, что может объединить этот народ, — это забота о возрождении своей родины, свободная и мирная жизнь в своем родном краю и сохранение будущими поколениями языка, культуры и самобытности путем их укрепления. Черкесы должны рассматривать ситуацию, в которой они находятся, как «проблему национального достояния». Все подходы и действия, которые будут выдвинуты ими, должны формироваться с учетом разработки мирных, но непременных путей достижения этого идеала.
Также живущие за пределами родины черкесы должны демонстрировать сильное присутствие в странах пребывания, заботу в отношении сохранения своего языка, культуры и самобытности, и соответственно, организовываться во всех сферах жизни и действовать с пониманием, которое создаст сотрудничество и взаимодействие для достижения общих целей и создаст высшую организованную силу черкесского народа. Должны искать способы стать политической силой как на родине, так и за её пределами. Родина должна быть во взаимодействии и отношениях с диаспорой, а диаспора с родиной, что придаст силу как диаспоре, так и Родине.

Вопрос: Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Шеуджен Фарук: В постоянно меняющемся мире защита черкесской национальной идентичности может быть достигнута путем разработки инструментов и методов защиты и развития национального самосознания и национальной идентичности вокруг общих целей во всех сферах жизни при помощи гражданской, функциональной и сильной организации.
Вопрос: В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?
Шеуджен Фарук: Черкесам, большая часть которых разрозненно проживает в крупных городах, необходимы стимулирующий вклад и ресурсы государств, соответствующие современности инструменты для передачи молодому поколению цивилизационных и культурных ценностей черкесского народа. Чтобы мобилизовать эти инструменты и ресурсы, необходимы сильные организации и заинтересованность в них значительной части общества. Организация черкесского народа, похоже, пока еще совсем далека от возможности найти решение проблем черкесского общества, как в количественном плане, так и в интеллектуальном плане.
На вопрос «Каковы привлекательность и неоценимые ценности черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности?» мой ответ таков: Черкесская культура — это культура, основанная на ценности и уважении, отфильтрованная многовековым жизненным опытом. Ценить и быть ценным, уважать, будучи уважаемым – это составляет суть черкесской культуры. Черкесская культура — это культура, которая ценит себя и общество, определяет и осмысливает свою собственную ценность по сравнению с ценностью, которую она дает обществу, и нацелена на личность, которая считает, что увидит ту же ценность и уважение со стороны общества. Можно сказать, что все остальные элементы черкесской культуры сформированы вокруг этого базового подхода и служат ему. Отсюда — привлекательность и бесценность черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности. Такое понимание жизни заставляло черкесов жить гуманно и мирно даже во времена, когда не было правового и государственного порядка.
Способ представления и объяснения черкесской культуры и ее характера самому черкесскому обществу и миру проходит через организацию, объединенное сообщество.
Вопрос: Что необходимо сделать для сохранения исторической памяти и культурного наследия черкесов? Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере?
Шеуджен Фарук: У черкесского общества есть очень важные проблемы в защите исторической памяти и культурного наследия. Существует проблема исторической памяти, которая не совпадает с исторической трагедией, пережитой черкесским обществом. После геноцида и изгнания 1864 года и до настоящего времени черкесский народ действовал так, как будто такого исторического события не было. Можно сказать, что историческая трагедия черкесского народа и процесс, который привел его к этой трагедии, начали осознаваться и вызывать интерес в последние два десятилетия, но это ограничивается небольшой частью общества. Также можно сказать, что на это также еще повлияли отсутствие письменной традиции и культурные коды. Виден параллельный процесс работы с точки зрения защиты культурного наследия. Ассимилятивная и репрессивная политика, проводимая как на родине, так и в диаспоре, привела к значительной эрозии культурного наследия черкесского народа. Необходимо бороться с этими проблемами с помощью исследований и сообществ, которые будут созданы сильными организациями.
Вопрос: Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?
Шеуджен Фарук: Прежде, чем ответить на этот вопрос, необходимо оценить, существует ли черкесское национальное движение. На наш взгляд, очень сложно говорить о существовании черкесского национального движения. Черкесский народ переживает дисфункциональный кризис и слабо организован в диаспоре. Крыло организации гражданского общества диаспоры связано со структурой, которая не является организацией гражданского общества на родине, и не может продемонстрировать рефлекс соответствующей потребностям неправительственной организации. На родине, в недемократической государственной структуре, создание сильной неправительственной организации кажется далекой мечтой. Разве можно говорить о черкесском национальном движении в нынешней ситуации, в этих условиях?!!!
Черкесское национальное движение может быть создано через мощную организацию с общими целями, которые поддержит значительная часть общества. Что здесь является решающим – это общие идеи, цели, мечты о будущем и люди, которые с преданностью и доверием поддержат все это.
Прежде всего, должно быть создано черкесское национальное движение, сформулировавшее свои политические и культурные цели, которые в свою очередь примет и поддержит большая часть общества.

]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]Что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели должны быть у черкесов как единой нации?
Эти и другие актуальные для черкесов всего мира вопросы были отражены в опросе черкесских элит в разных странах, который провела инициативная группа под названием «Черкесский круг».
Как рассказал Caucasus Times организатор инициативы, председатель ККОО «Адыгэ Хасэ Краснодара Аскер Сохт, в ходе опроса были затронуты самые фундаментальные основы жизни черкесского народа.
Среди опрошенных: Зейнель Абидин Беслени Школа восточных и африканских исследований Лондонского Университета. Лондон, Великобритания; Сохроков Хаути Президент Союза общественных объединений «Международная черкесская ассоциация по единению черкесского народа, развитию связей черкесской диаспоры с исторической родиной» . Нальчик, Россия; Ялдыз Щекерджи Президент Федерации Кавказских Ассоциаций в Турции. Анкара, Турция; Нусрет Баш Президент Федерации черкесов Турции. Стамбул, Турция; Мадина Хакуашева профессор, доктор филологических наук, КБИГИ. Нальчик, Россия;
Негор Фетхи Гюнгер профессор, доктор социальных наук Университет Ялова. Ялова, Турция; Шеуджен Фарук председатель «Партии плюралистической демократии» Турции. Стамбул, Турция; Сохт Аскер председатель ККОО «Адыгэ Хасэ. Краснодар, Россия; Адель Башкауи Черкесский общественный деятель. Амман, Иордания; Ратмир Каров Черкесский гражданский активист. Нальчик. Россия.
Вопросы были составлены журналистом и политологом Авраамом Шмулевичем.
Сегодня в рамках цикла экспертных интервью агентство Caucasus Times представляет Вашему вниманию интервью с Фаруком Шеуджен, лидером Демократической партии Турции.

(ÇDP Çoğulcu Demokrasi partisi Genel başkanı Sayın Faruk)

Вопрос: Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической родине, и в многочисленных странах диаспоры, что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Шеуджен Фарук: Черкесы – подвергнутый геноциду и изгнанный народ, страна которого погибла. Самое важное, что может объединить этот народ, — это забота о возрождении своей родины, свободная и мирная жизнь в своем родном краю и сохранение будущими поколениями языка, культуры и самобытности путем их укрепления. Черкесы должны рассматривать ситуацию, в которой они находятся, как «проблему национального достояния». Все подходы и действия, которые будут выдвинуты ими, должны формироваться с учетом разработки мирных, но непременных путей достижения этого идеала.
Также живущие за пределами родины черкесы должны демонстрировать сильное присутствие в странах пребывания, заботу в отношении сохранения своего языка, культуры и самобытности, и соответственно, организовываться во всех сферах жизни и действовать с пониманием, которое создаст сотрудничество и взаимодействие для достижения общих целей и создаст высшую организованную силу черкесского народа. Должны искать способы стать политической силой как на родине, так и за её пределами. Родина должна быть во взаимодействии и отношениях с диаспорой, а диаспора с родиной, что придаст силу как диаспоре, так и Родине.

Вопрос: Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Шеуджен Фарук: В постоянно меняющемся мире защита черкесской национальной идентичности может быть достигнута путем разработки инструментов и методов защиты и развития национального самосознания и национальной идентичности вокруг общих целей во всех сферах жизни при помощи гражданской, функциональной и сильной организации.
Вопрос: В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?
Шеуджен Фарук: Черкесам, большая часть которых разрозненно проживает в крупных городах, необходимы стимулирующий вклад и ресурсы государств, соответствующие современности инструменты для передачи молодому поколению цивилизационных и культурных ценностей черкесского народа. Чтобы мобилизовать эти инструменты и ресурсы, необходимы сильные организации и заинтересованность в них значительной части общества. Организация черкесского народа, похоже, пока еще совсем далека от возможности найти решение проблем черкесского общества, как в количественном плане, так и в интеллектуальном плане.
На вопрос «Каковы привлекательность и неоценимые ценности черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности?» мой ответ таков: Черкесская культура — это культура, основанная на ценности и уважении, отфильтрованная многовековым жизненным опытом. Ценить и быть ценным, уважать, будучи уважаемым – это составляет суть черкесской культуры. Черкесская культура — это культура, которая ценит себя и общество, определяет и осмысливает свою собственную ценность по сравнению с ценностью, которую она дает обществу, и нацелена на личность, которая считает, что увидит ту же ценность и уважение со стороны общества. Можно сказать, что все остальные элементы черкесской культуры сформированы вокруг этого базового подхода и служат ему. Отсюда — привлекательность и бесценность черкесской цивилизации, культуры и национальной идентичности. Такое понимание жизни заставляло черкесов жить гуманно и мирно даже во времена, когда не было правового и государственного порядка.
Способ представления и объяснения черкесской культуры и ее характера самому черкесскому обществу и миру проходит через организацию, объединенное сообщество.
Вопрос: Что необходимо сделать для сохранения исторической памяти и культурного наследия черкесов? Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере?
Шеуджен Фарук: У черкесского общества есть очень важные проблемы в защите исторической памяти и культурного наследия. Существует проблема исторической памяти, которая не совпадает с исторической трагедией, пережитой черкесским обществом. После геноцида и изгнания 1864 года и до настоящего времени черкесский народ действовал так, как будто такого исторического события не было. Можно сказать, что историческая трагедия черкесского народа и процесс, который привел его к этой трагедии, начали осознаваться и вызывать интерес в последние два десятилетия, но это ограничивается небольшой частью общества. Также можно сказать, что на это также еще повлияли отсутствие письменной традиции и культурные коды. Виден параллельный процесс работы с точки зрения защиты культурного наследия. Ассимилятивная и репрессивная политика, проводимая как на родине, так и в диаспоре, привела к значительной эрозии культурного наследия черкесского народа. Необходимо бороться с этими проблемами с помощью исследований и сообществ, которые будут созданы сильными организациями.
Вопрос: Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?
Шеуджен Фарук: Прежде, чем ответить на этот вопрос, необходимо оценить, существует ли черкесское национальное движение. На наш взгляд, очень сложно говорить о существовании черкесского национального движения. Черкесский народ переживает дисфункциональный кризис и слабо организован в диаспоре. Крыло организации гражданского общества диаспоры связано со структурой, которая не является организацией гражданского общества на родине, и не может продемонстрировать рефлекс соответствующей потребностям неправительственной организации. На родине, в недемократической государственной структуре, создание сильной неправительственной организации кажется далекой мечтой. Разве можно говорить о черкесском национальном движении в нынешней ситуации, в этих условиях?!!!
Черкесское национальное движение может быть создано через мощную организацию с общими целями, которые поддержит значительная часть общества. Что здесь является решающим – это общие идеи, цели, мечты о будущем и люди, которые с преданностью и доверием поддержат все это.
Прежде всего, должно быть создано черкесское национальное движение, сформулировавшее свои политические и культурные цели, которые в свою очередь примет и поддержит большая часть общества.

]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Фарук Шеуджен: «Черкесы должны стать политической силой» https://circassian2020.ru/index.php?newsid=50

Страшная беда обрушилась на народ Абхазии 14 августа 1992 года. Началась война с грузинскими оккупантами. Первыми на помощь сражающейся Абхазии поспешили братья с Северного Кавказа. Вспомним одного из них – Героя Абхазии Муаеда Львовича Шорова. Он прошел всю войну, сначала как рядовой боец, а с января 1993 года в качестве командира кабардинской разведывательно-штурмовой группы. Муаед Шоров принимал участие в боях на Гагрском, Гумистинском и Восточном фронтах, в 1-й Шромской операции, разгроме спецназа «Белый орел», Январском, Мартовском, Июльском, Сентябрьском наступлениях, участвовал в освобождении высоты Ахбюк, СухумГЭС, захвате в плен группы оккупантов во главе с генералом Мамулашвили, освобождении населенных пунктов Ахалшени, Каманы, столицы Абхазии – Сухума, а также в штурме Дома правительства. Группа Муаеда Шорова водрузила на нем знамя Республики Абхазия и арестовала марионеточное правительство во главе с Ж. Шартава.

[allow-turbo]Страшная беда обрушилась на народ Абхазии 14 августа 1992 года. Началась война с грузинскими оккупантами. Первыми на помощь сражающейся Абхазии поспешили братья с Северного Кавказа. Вспомним одного из них – Героя Абхазии Муаеда Львовича Шорова. Он прошел всю войну, сначала как рядовой боец, а с января 1993 года в качестве командира кабардинской разведывательно-штурмовой группы. Муаед Шоров принимал участие в боях на Гагрском, Гумистинском и Восточном фронтах, в 1-й Шромской операции, разгроме спецназа «Белый орел», Январском, Мартовском, Июльском, Сентябрьском наступлениях, участвовал в освобождении высоты Ахбюк, СухумГЭС, захвате в плен группы оккупантов во главе с генералом Мамулашвили, освобождении населенных пунктов Ахалшени, Каманы, столицы Абхазии – Сухума, а также в штурме Дома правительства. Группа Муаеда Шорова водрузила на нем знамя Республики Абхазия и арестовала марионеточное правительство во главе с Ж. Шартава.

Странные перипетии судьбы. Сколько раз он рисковал в ожесточенных боях жизнью, а погиб после войны. Муаед Шоров попал в автомобильную катастрофу 24 июня 1994 года и ушел из жизни 11 августа, не приходя в сознание, в республиканской больнице Майкопа.
Муаед Львович Шоров родился 7 февраля 1962 года в селе Кубе Баксанского района Кабардино-Балкарской республики. В первый класс пошел в родном селе, затем семья переехала в Нальчик, где Муаед окончил среднюю школу №6. Он рос в дружной многодетной семье. Родители Лев Хапагович и Нюся Хасановна души не чаяли в своих четырех сыновьях, воспитывали их в духе «адыгагъэ» – «адыгства» (морально-этический кодекс адыгов, основа которого – оставаться человеком всегда, во всех ситуациях).

Муаед Шоров служил в Приморском крае в ракетной части. Демобилизовавшись, поступил на физико-математический факультет Кабардино-Балкарского университета, затем перевелся на экономический факультет. Завершив учебу, начал работать в Государственной налоговой инспекции №1, затем на заводе «Северокавказские электроприборы».

Муаед был очень любознательным, много читал, увлекался военным делом, занимался спортом. Символичны строки из дневника героя:

Чтобы стать мужчиной,
Мало им родиться,
Чтобы стать железом,
Мало быть рудой.
Ты должен переплавиться, разбиться.
И, как руда, пожертвовать собой.]]>[/allow-turbo] People admin Wed, 08 Apr 2020 22:00:28 +0300 [/shortrss] [fullrss] Героя Абхазии Муаеда Львовича Шорова https://circassian2020.ru/index.php?newsid=35 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=35 admin Wed, 08 Apr 2020 22:00:28 +0300 Страшная беда обрушилась на народ Абхазии 14 августа 1992 года. Началась война с грузинскими оккупантами. Первыми на помощь сражающейся Абхазии поспешили братья с Северного Кавказа. Вспомним одного из них – Героя Абхазии Муаеда Львовича Шорова. Он прошел всю войну, сначала как рядовой боец, а с января 1993 года в качестве командира кабардинской разведывательно-штурмовой группы. Муаед Шоров принимал участие в боях на Гагрском, Гумистинском и Восточном фронтах, в 1-й Шромской операции, разгроме спецназа «Белый орел», Январском, Мартовском, Июльском, Сентябрьском наступлениях, участвовал в освобождении высоты Ахбюк, СухумГЭС, захвате в плен группы оккупантов во главе с генералом Мамулашвили, освобождении населенных пунктов Ахалшени, Каманы, столицы Абхазии – Сухума, а также в штурме Дома правительства. Группа Муаеда Шорова водрузила на нем знамя Республики Абхазия и арестовала марионеточное правительство во главе с Ж. Шартава.

]]> [allow-turbo]Страшная беда обрушилась на народ Абхазии 14 августа 1992 года. Началась война с грузинскими оккупантами. Первыми на помощь сражающейся Абхазии поспешили братья с Северного Кавказа. Вспомним одного из них – Героя Абхазии Муаеда Львовича Шорова. Он прошел всю войну, сначала как рядовой боец, а с января 1993 года в качестве командира кабардинской разведывательно-штурмовой группы. Муаед Шоров принимал участие в боях на Гагрском, Гумистинском и Восточном фронтах, в 1-й Шромской операции, разгроме спецназа «Белый орел», Январском, Мартовском, Июльском, Сентябрьском наступлениях, участвовал в освобождении высоты Ахбюк, СухумГЭС, захвате в плен группы оккупантов во главе с генералом Мамулашвили, освобождении населенных пунктов Ахалшени, Каманы, столицы Абхазии – Сухума, а также в штурме Дома правительства. Группа Муаеда Шорова водрузила на нем знамя Республики Абхазия и арестовала марионеточное правительство во главе с Ж. Шартава.

Странные перипетии судьбы. Сколько раз он рисковал в ожесточенных боях жизнью, а погиб после войны. Муаед Шоров попал в автомобильную катастрофу 24 июня 1994 года и ушел из жизни 11 августа, не приходя в сознание, в республиканской больнице Майкопа.
Муаед Львович Шоров родился 7 февраля 1962 года в селе Кубе Баксанского района Кабардино-Балкарской республики. В первый класс пошел в родном селе, затем семья переехала в Нальчик, где Муаед окончил среднюю школу №6. Он рос в дружной многодетной семье. Родители Лев Хапагович и Нюся Хасановна души не чаяли в своих четырех сыновьях, воспитывали их в духе «адыгагъэ» – «адыгства» (морально-этический кодекс адыгов, основа которого – оставаться человеком всегда, во всех ситуациях).

Муаед Шоров служил в Приморском крае в ракетной части. Демобилизовавшись, поступил на физико-математический факультет Кабардино-Балкарского университета, затем перевелся на экономический факультет. Завершив учебу, начал работать в Государственной налоговой инспекции №1, затем на заводе «Северокавказские электроприборы».

Вчера читал замечательный пост в Instagram: simply_manakova о судьбе Елизаветы Жемчужниковой (в девичестве Хаджимуковой), внучки последнего владетельного князя адыгов-бжедугов хамышеевского колена, при котором бжедугские владения стали частью Кубанской области, а сам он принял православие и имя Николай (Тархан) в 1874 году. Внуков записывали уже на новый лад – Гаджимуковыми. Напомню, что фамилия Хаджимуко (сын Хаджи, сходившего в Мекку) очень старинная и уходит корнями в средние века, когда вожди из этого рода привели бжедугов с побережья Черного моря в их современные земли в Западной Адыгее. С ними связаны легенды адыгского (черкесского) этноса и старинный памятник-кенотаф в центральном парке Горячего Ключа. К роду Хаджимуковых относится и старая добрая история про Батыр-Гирея (Батчерия) Хаджимукова, который в первые годы, после основания Екатеринодара, просил Головатого пустить его с крестьянами жить на правый берег Кубани. Ради этого он в компании князей ездил к Екатерине Второй в Санкт-Петербург, у которой лично добился разрешения, но воспользоваться не успел. Батчерий погиб в Бзиюкской битве на речке Бзиюк у современного поселка Оазис в 1796 году, где сражались вольные адыги-шапсуги с бжедугской и шапсугской знатью.

Отец Елизаветы, Николай (Темтеч) Николаевич Хаджимуков, дослужился до звания офицера в лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона собственного Его Императорского Величества конвоя, с 1879 года был хорунжим в разных конно-казачьих полках области. Написал очерк «Народы Западного Кавказа». Был у него еще брат, Бачирей, юнкер и атаман станицы Казанукаевской. Николай Николаевич до революции не дожил. Умер в 1907 году и был похоронен на Всесвятском кладбище Екатеринодара. Могилы его не сохранилось, на ее месте нынче жилые дома. Семья бежала во Францию, где потомки Хаджимуковых и остались. Позже часть их перебралась в Англию, а кто-то и в СССР вернулся.

Более подробно о судьбе Елизаветы и Екатеринодарском доме Хаджимуковых на Карасунской, 49 (и не только) вы можете прочесть в Instagram: simply_manakova , которая об этой семье знает очень многое. Через нее я познакомился с Себастьяном Хаджимуковым в Фейсбук – семья активно изучает свои корни и ищет родственников.

Так, спустя многие годы, восстанавливаются утерянные связи и части единой картины семейной истории древнего рода адыгов-бжедугов. [allow-turbo]

Вчера читал замечательный пост в Instagram: simply_manakova о судьбе Елизаветы Жемчужниковой (в девичестве Хаджимуковой), внучки последнего владетельного князя адыгов-бжедугов хамышеевского колена, при котором бжедугские владения стали частью Кубанской области, а сам он принял православие и имя Николай (Тархан) в 1874 году. Внуков записывали уже на новый лад – Гаджимуковыми. Напомню, что фамилия Хаджимуко (сын Хаджи, сходившего в Мекку) очень старинная и уходит корнями в средние века, когда вожди из этого рода привели бжедугов с побережья Черного моря в их современные земли в Западной Адыгее. С ними связаны легенды адыгского (черкесского) этноса и старинный памятник-кенотаф в центральном парке Горячего Ключа. К роду Хаджимуковых относится и старая добрая история про Батыр-Гирея (Батчерия) Хаджимукова, который в первые годы, после основания Екатеринодара, просил Головатого пустить его с крестьянами жить на правый берег Кубани. Ради этого он в компании князей ездил к Екатерине Второй в Санкт-Петербург, у которой лично добился разрешения, но воспользоваться не успел. Батчерий погиб в Бзиюкской битве на речке Бзиюк у современного поселка Оазис в 1796 году, где сражались вольные адыги-шапсуги с бжедугской и шапсугской знатью.

Отец Елизаветы, Николай (Темтеч) Николаевич Хаджимуков, дослужился до звания офицера в лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона собственного Его Императорского Величества конвоя, с 1879 года был хорунжим в разных конно-казачьих полках области. Написал очерк «Народы Западного Кавказа». Был у него еще брат, Бачирей, юнкер и атаман станицы Казанукаевской. Николай Николаевич до революции не дожил. Умер в 1907 году и был похоронен на Всесвятском кладбище Екатеринодара. Могилы его не сохранилось, на ее месте нынче жилые дома. Семья бежала во Францию, где потомки Хаджимуковых и остались. Позже часть их перебралась в Англию, а кто-то и в СССР вернулся.

Более подробно о судьбе Елизаветы и Екатеринодарском доме Хаджимуковых на Карасунской, 49 (и не только) вы можете прочесть в Instagram: simply_manakova , которая об этой семье знает очень многое. Через нее я познакомился с Себастьяном Хаджимуковым в Фейсбук – семья активно изучает свои корни и ищет родственников.

Так, спустя многие годы, восстанавливаются утерянные связи и части единой картины семейной истории древнего рода адыгов-бжедугов.]]>[/allow-turbo] People admin Wed, 08 Apr 2020 21:52:31 +0300 [/shortrss] [fullrss] КНЯЗЬЯ БЖЕДУГСКИХ ЗЕМЕЛЬ https://circassian2020.ru/index.php?newsid=31 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=31 admin Wed, 08 Apr 2020 21:52:31 +0300

Вчера читал замечательный пост в Instagram: simply_manakova о судьбе Елизаветы Жемчужниковой (в девичестве Хаджимуковой), внучки последнего владетельного князя адыгов-бжедугов хамышеевского колена, при котором бжедугские владения стали частью Кубанской области, а сам он принял православие и имя Николай (Тархан) в 1874 году. Внуков записывали уже на новый лад – Гаджимуковыми. Напомню, что фамилия Хаджимуко (сын Хаджи, сходившего в Мекку) очень старинная и уходит корнями в средние века, когда вожди из этого рода привели бжедугов с побережья Черного моря в их современные земли в Западной Адыгее. С ними связаны легенды адыгского (черкесского) этноса и старинный памятник-кенотаф в центральном парке Горячего Ключа. К роду Хаджимуковых относится и старая добрая история про Батыр-Гирея (Батчерия) Хаджимукова, который в первые годы, после основания Екатеринодара, просил Головатого пустить его с крестьянами жить на правый берег Кубани. Ради этого он в компании князей ездил к Екатерине Второй в Санкт-Петербург, у которой лично добился разрешения, но воспользоваться не успел. Батчерий погиб в Бзиюкской битве на речке Бзиюк у современного поселка Оазис в 1796 году, где сражались вольные адыги-шапсуги с бжедугской и шапсугской знатью.

Отец Елизаветы, Николай (Темтеч) Николаевич Хаджимуков, дослужился до звания офицера в лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона собственного Его Императорского Величества конвоя, с 1879 года был хорунжим в разных конно-казачьих полках области. Написал очерк «Народы Западного Кавказа». Был у него еще брат, Бачирей, юнкер и атаман станицы Казанукаевской. Николай Николаевич до революции не дожил. Умер в 1907 году и был похоронен на Всесвятском кладбище Екатеринодара. Могилы его не сохранилось, на ее месте нынче жилые дома. Семья бежала во Францию, где потомки Хаджимуковых и остались. Позже часть их перебралась в Англию, а кто-то и в СССР вернулся.

Более подробно о судьбе Елизаветы и Екатеринодарском доме Хаджимуковых на Карасунской, 49 (и не только) вы можете прочесть в Instagram: simply_manakova , которая об этой семье знает очень многое. Через нее я познакомился с Себастьяном Хаджимуковым в Фейсбук – семья активно изучает свои корни и ищет родственников.

Так, спустя многие годы, восстанавливаются утерянные связи и части единой картины семейной истории древнего рода адыгов-бжедугов.]]> [allow-turbo]

Вчера читал замечательный пост в Instagram: simply_manakova о судьбе Елизаветы Жемчужниковой (в девичестве Хаджимуковой), внучки последнего владетельного князя адыгов-бжедугов хамышеевского колена, при котором бжедугские владения стали частью Кубанской области, а сам он принял православие и имя Николай (Тархан) в 1874 году. Внуков записывали уже на новый лад – Гаджимуковыми. Напомню, что фамилия Хаджимуко (сын Хаджи, сходившего в Мекку) очень старинная и уходит корнями в средние века, когда вожди из этого рода привели бжедугов с побережья Черного моря в их современные земли в Западной Адыгее. С ними связаны легенды адыгского (черкесского) этноса и старинный памятник-кенотаф в центральном парке Горячего Ключа. К роду Хаджимуковых относится и старая добрая история про Батыр-Гирея (Батчерия) Хаджимукова, который в первые годы, после основания Екатеринодара, просил Головатого пустить его с крестьянами жить на правый берег Кубани. Ради этого он в компании князей ездил к Екатерине Второй в Санкт-Петербург, у которой лично добился разрешения, но воспользоваться не успел. Батчерий погиб в Бзиюкской битве на речке Бзиюк у современного поселка Оазис в 1796 году, где сражались вольные адыги-шапсуги с бжедугской и шапсугской знатью.

Отец Елизаветы, Николай (Темтеч) Николаевич Хаджимуков, дослужился до звания офицера в лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона собственного Его Императорского Величества конвоя, с 1879 года был хорунжим в разных конно-казачьих полках области. Написал очерк «Народы Западного Кавказа». Был у него еще брат, Бачирей, юнкер и атаман станицы Казанукаевской. Николай Николаевич до революции не дожил. Умер в 1907 году и был похоронен на Всесвятском кладбище Екатеринодара. Могилы его не сохранилось, на ее месте нынче жилые дома. Семья бежала во Францию, где потомки Хаджимуковых и остались. Позже часть их перебралась в Англию, а кто-то и в СССР вернулся.

Более подробно о судьбе Елизаветы и Екатеринодарском доме Хаджимуковых на Карасунской, 49 (и не только) вы можете прочесть в Instagram: simply_manakova , которая об этой семье знает очень многое. Через нее я познакомился с Себастьяном Хаджимуковым в Фейсбук – семья активно изучает свои корни и ищет родственников.

Так, спустя многие годы, восстанавливаются утерянные связи и части единой картины семейной истории древнего рода адыгов-бжедугов.]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]

Вчера читал замечательный пост в Instagram: simply_manakova о судьбе Елизаветы Жемчужниковой (в девичестве Хаджимуковой), внучки последнего владетельного князя адыгов-бжедугов хамышеевского колена, при котором бжедугские владения стали частью Кубанской области, а сам он принял православие и имя Николай (Тархан) в 1874 году. Внуков записывали уже на новый лад – Гаджимуковыми. Напомню, что фамилия Хаджимуко (сын Хаджи, сходившего в Мекку) очень старинная и уходит корнями в средние века, когда вожди из этого рода привели бжедугов с побережья Черного моря в их современные земли в Западной Адыгее. С ними связаны легенды адыгского (черкесского) этноса и старинный памятник-кенотаф в центральном парке Горячего Ключа. К роду Хаджимуковых относится и старая добрая история про Батыр-Гирея (Батчерия) Хаджимукова, который в первые годы, после основания Екатеринодара, просил Головатого пустить его с крестьянами жить на правый берег Кубани. Ради этого он в компании князей ездил к Екатерине Второй в Санкт-Петербург, у которой лично добился разрешения, но воспользоваться не успел. Батчерий погиб в Бзиюкской битве на речке Бзиюк у современного поселка Оазис в 1796 году, где сражались вольные адыги-шапсуги с бжедугской и шапсугской знатью.

Отец Елизаветы, Николай (Темтеч) Николаевич Хаджимуков, дослужился до звания офицера в лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона собственного Его Императорского Величества конвоя, с 1879 года был хорунжим в разных конно-казачьих полках области. Написал очерк «Народы Западного Кавказа». Был у него еще брат, Бачирей, юнкер и атаман станицы Казанукаевской. Николай Николаевич до революции не дожил. Умер в 1907 году и был похоронен на Всесвятском кладбище Екатеринодара. Могилы его не сохранилось, на ее месте нынче жилые дома. Семья бежала во Францию, где потомки Хаджимуковых и остались. Позже часть их перебралась в Англию, а кто-то и в СССР вернулся.

Более подробно о судьбе Елизаветы и Екатеринодарском доме Хаджимуковых на Карасунской, 49 (и не только) вы можете прочесть в Instagram: simply_manakova , которая об этой семье знает очень многое. Через нее я познакомился с Себастьяном Хаджимуковым в Фейсбук – семья активно изучает свои корни и ищет родственников.

Так, спустя многие годы, восстанавливаются утерянные связи и части единой картины семейной истории древнего рода адыгов-бжедугов.]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] КНЯЗЬЯ БЖЕДУГСКИХ ЗЕМЕЛЬ https://circassian2020.ru/index.php?newsid=31

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее. [allow-turbo]

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо]]>[/allow-turbo] People admin Tue, 07 Apr 2020 19:29:21 +0300 [/shortrss] [fullrss] С помощью черкесского языка – Адыгабзэ – мы можем стать ближе к Создателю? https://circassian2020.ru/index.php?newsid=22 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=22 admin Tue, 07 Apr 2020 19:29:21 +0300

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.]]> [allow-turbo]

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] С помощью черкесского языка – Адыгабзэ – мы можем стать ближе к Создателю? https://circassian2020.ru/index.php?newsid=22

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо [allow-turbo]

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]

Адыгабзэ – что нам от его немереного богатства

Черкесский язык – Адыгабзэ, когда смотришь в его вглубь, как в ночное небо – прозрачен. Кажется, до замысла Божьего. Смотришь по сторонам, видишь некие неправильности и понимаешь, что это творение не раз разрушалось. Затем его воссоздавали, часто слишком по-своему, кто как понимал предназначение. И если язык состоит из «кирпичиков», то при новом возведении шли в ход и их половинки, и целые неразъемные блоки.

Как в космосе, не понять, где верх, а где низ, что начало, а что конец. Но четко просматриваются именно эти две противоположные стороны – сегодняшнее и далекое-далекое предыдущее.

И вопросы, много вопросов. Например, невероятное множество звуков, огромное количество словообразующих единиц было изначально в языке или нажито в процессе, так сказать, эволюционного развития? Если это богатство нажито, то возникает вопрос, для чего? Что с помощью данной особенности делалось, какое было его прикладное значение? Ведь не может быть, что просто так – случайно.

Вообще, в связи с этим интересно бы задуматься, над тем, что является мерилом успешности нации. Практически любой представитель нынешнего человеческого сообщества на такую постановку вопроса, не задумываясь, ответил бы: наличие у нации передовой мысли, технологий, что, в конечном счете, будет означать лучшее вооружение.

Да, возразим на это, но разве может быть признаком цивилизации – умение убивать себе подобного, разве это не путь к деградации индивидуума, нации, к которой он принадлежит?

Услышав это, гипотетический представитель нынешнего человеческого сообщества, видимо, скажет, что вообще-то его неправильно поняли, вооружение нужно исключительно для обороны, а развитие общества гарантировано демократическими нормами. Только свободная нация становится конкурентной.

Ничего не имея против демократии, а также самозащиты, уточним: все-таки, если речь идет о нации, народности, какой-либо другой общности людей, общающихся между собой, понимающих друг друга, то первым их отличительным признаком становится язык. Он же, если сравнительно богат, должен стать и инструментом более динамичного развития сообщества, потому что люди в нем лучше, чем в иных обществах, могут объяснить друг другу суть вещей, а также что и как нужно делать.

А если на показанную нами ситуацию спроецировать теорию эволюции Дарвина, марксистскую теорию об общественно-экономических формациях, то должно оказаться, что сообщество людей, обладающее более богатым языком, не может не заменить менее удачливых конкурентов. При этом оружие ему, хоть и не помешает, тем не менее, не должно оказаться главным. И строй для такого сообщества не должен иметь значения: родовой он, коммунистический, либо еще более продвинутый.

Но это то, как должно было быть согласно логике. Прошлое же человечества, в том числе и далекое, когда причин для противостояний между людьми возникало несопоставимо меньше, говорит о другом. И с черкесским языком происходило не то, что следовало бы, как и с его праязыком. Чуть ли даже не прямо противоположное.

Например, вот, что пишет по теме нашего исследования Андрей Осташко в статье «Хьет жегъыIэ! – Будь хеттом!» или «хетты существуют до сих пор». Это о том, что происходило с хаттским, то есть проточеркесским языком, примерно четыре тысячи лет назад. Речь идет о периоде, когда в хаттский – к тому времени «имперский» массив – вошли малым числом предки нынешних индоевропейцев.

«Многие носители хаттского языка могли перейти на более простой индоевропейский язык, особенно в сфере государственного управления, - отмечает он. - Подобные примеры в истории черкесов были и позднее – мамлюкские султаны-черкесы управляли империей на арабском языке. А современные черкесы в Турции перешли на турецкий, как на государственный и более лёгкий язык, по сравнению с их родным».

По мнению автора статьи, «так произошло и в Стране Хатти, где более простой индоевропейский язык быстро распространился по полиэтничной империи, как более приемлемый в качестве международного, а сложный местный хаттский язык остался как разговорный и священный язык». И со сказанным следует согласиться – отчасти. В целом же требуются пояснения, хотя бы некоторые из них.

Что способна вскрыть археолингвистика

Для этого попробуем применить сопоставительную археолингвистику, посчитав, что такая наука уже существует.

Возьмем для этого три черкесских слова: «щыт», «щыс», «щылъ» – «(он, она) стоит», «(он, она) сидит», «(он, она) лежит». Здесь же отметим, что приведенные выше слова переводятся и как имеющие форму повелительного наклонения: то есть – «стой», «сиди», «лежи». Такой вариант перевода нельзя не учитывать потому, что в проточеркесском языке, именно повелительное наклонение являлось начальной формой глагола.

Первое, на что невольно обращаешь внимание, приведенные в ряду черкесские слова отличаются лишь конечными компонентами «т», «с», «лъ» при общем аффиксе «щы». И это, собственно, указывает на то, что древними, а для нашего исследования лучше сказать исконными, корнями рассматриваемых слов являются именно указанные компоненты.

Так оно и есть – «щы» еще в далекие дохаттские времена придавало глаголам повелительного наклонения «ты», «сы», «лъы» (реконструированные формы) второе лицо настоящего времени. Затем формы слов «ты», «сы», «лъы» по какой-то причине, например, став существительными, перестали выполнять первоначальные функции, и их повелительные значения передались словам «щыт», «щыс», «щылъ».

Более того, «прозрачность» черкесского языка позволяет строить закономерные предположения о том, как эти слова, вышедшие из речевого оборота в далеком прошлом, выглядели еще раньше. В том числе подобное можно сказать и о компоненте «щы». Что, в свою очередь, говорит о безусловной исконности, изначальной не заимствованности данных слов.

И коль скоро основные археолингвистические моменты показаны, перейдем к сопоставительной части.

Что совпадает в приведенном ряде черкесских слов с их переводом на русский язык? Смотрим: «щыт» – «стоит, стой», «щыс» – «сидит, сиди», «щылъ» – «лежит, лежи». Во всех русских аналогах, и, что важно, соответствуя конкретному слову по значению, присутствует компонент, который выше назван древним черкесским корнем. И это не случайное совпадение.

Более того, есть основания полагать, что это лексические элементы, ведущие не к единому праязыку, а заимствования. Причем заимствования, которые произведены практически всеми древними индоевропейскими языками – не одним только прапрарусским. На это указывает в частности то, что в проточеркесском языке эти слова этимологизируются дальше, на русском или любом другом из индоевропейских языков – это застывшие, не членимые формы.

В связи с этим следует обратить внимание и на сопоставленные слова «щыт» и «стоит». Ведь здесь если говорить точно параллель корневых компонентов не «т» – «т», а «т» – «ст». А если это так, то откуда в русском варианте появилась «с»? Да, все просто: слово «щыт», которое на черкесской основе реконструируется как «сыт», перешло целиком в индоевропейские языки в виде «ст». И это тоже говорит в пользу заимствования.

И, конечно, речь идет не только об этом ряде – он лишь показателен. Заимствований очень много, и они самые неожиданные. О части из них говорится, например, в статье вашего покорного слуги «О некоторых древнейших черкесо-русских лексико-семантических параллелях», опубликованной в Майкопе в 1993 году в книге «Молодые исследователи Адыгеи».

Ей, к сожалению, не придан электронный вид из-за сложности знаков транскрипции, передающих черкесские звуки. Поэтому просто приведем из нее еще один ряд корневых параллелей: «гъун» (от древне-черкесского «гъэ» - «лето») – «сохнуть», который сопоставим с русскими корнями «гор-гар» в словах «гореть», «загар»; «жъэн» – «жар» в глаголе «жарить»; «жъон» (кабардинский вариант «вэн») – «вар» в слове «варить».

Но какие выводы можно сделать из этих сопоставлений? Прежде всего, следует для себя уточнить: индоевропейские племена действительно пришли к черкесскому «имперскому» массиву малым числом. Ни о каком завоевании ими империи Хатти речи, конечно же, не шло. В результате взаимодействия доиндоевропейского языка с проточеркесским выработался третий язык, тоже индоевропейский, но более усложненный по отношению к предыдущему.

Однако и сформулированный вывод так будет, конечно, не очень точной характеристикой того, что произошло в реальности. Скорей всего, индоевропейских этнических групп было несколько. Назовем их условно: «романская», «германская», «славянская», иранская и т.д., которые, соответственно, взаимодействовали с разными проточеркесскими этническими массивами, а, следовательно, выработали разные индоевропейские праязыки.

Сначала, конечно, были межплеменные браки, затем – появление «новых» хаттов, которые, вырабатывают более простой для себя, но более сложный для индоевропейцев язык. Далее и пришлые, и представители «коренной национальности» начинают массово переходить на не чужой для них этот язык. А следом все так, как в статье Андрея Осташко – этот язык, в конечном счете, становится государственным (или языки – государственными).

И как следствие индоевропейские языки занимают Европу, пол Азии, а позже обе Америки и Австралию. Что касается хаттского, то он с тех пор, как и его последователь – черкесский язык, только и делает, что теряет ареал своего использования.

Чего мы достигли с помощью исследования

Однако что дают нашему исследованию приведенные примеры? Разумеется, не только то, что без знания черкесского языка очень многие этимологические моменты в индоевропейских языках так и останутся темными. Речь идет о гораздо большем: черкесский язык опровергает эволюционные теории – о видах, об общественно-экономических формациях.

Согласно внутренней логике черкесского языка все было не так: homo erectus, homo habilis, homo sapiens. Бог создал Адама и Еву. И дал им язык. Поскольку то, что творит Создатель, не может не быть совершенным, и Адам, и Ева были совершенными людьми. Язык, который Он вложил им в уста, тоже был совершенным.

Однако Он дал им и выбор. Например, возможность стать «проще». Не только в смысле языка. А если это так, то и заложил в них стремление к прежнему совершенству. Что уже, если использовать имеющиеся под рукой черкесские термины, Адыгэ Хабзэ – кодекс Адыга (первоначально, видимо, Человека), понятие, параллельное рассматриваемому нами Адыгабзэ.

Другими словами, можно сказать и так, что знание черкесского языка, соблюдение кодекса Адыгэ Хабзэ позволяет человеку приблизиться к своему Создателю.

Что касается языков, их функционирования в обществах, то согласно нашим выкладкам до сих пор востребованными оказывались те из них, которые оставались достаточно простыми. Именно они занимают сейчас огромные пространства. Правда, нужно оговориться: притом, что в них заложена тенденция к развитию, к усложнению.

Для того же, чтобы ответить на вопрос: какова причина предыдущего почти абсолютного «упрощения» праиндоевропейских языков, нужно новое исследование. Того же потребует и вопрос о том, придет ли когда-нибудь время для языка, равного по уровню сложности современному черкесскому. Точнее, для этого необходимо подобрать и систематизировать свидетельства, которые подтверждают, что такое время придет. Даже, возможно, уже пришло.

Аслан Шаззо]]>[/allow-dzen] [/yandexrss][shortrss] Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии. https://circassian2020.ru/index.php?newsid=17 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=17

Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.
[allow-turbo]Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.]]>[/allow-turbo] People admin Mon, 06 Apr 2020 22:59:36 +0300 [/shortrss] [fullrss] Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии. https://circassian2020.ru/index.php?newsid=17 https://circassian2020.ru/index.php?newsid=17 admin Mon, 06 Apr 2020 22:59:36 +0300 Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.
]]> [allow-turbo]Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.]]>[/allow-dzen] [/fullrss] [yandexrss] Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии. https://circassian2020.ru/index.php?newsid=17

Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.
People Mon, 06 Apr 2020 22:59:36 +0300

Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии. [allow-turbo]Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.]]>[/allow-turbo] [allow-dzen]Хосама Локка, начальник Службы Безопасности Сирии.]]>[/allow-dzen] [/yandexrss]