Две ветви одного дерева: Литература Родины и Диаспоры

Как историческая трагедия разделила единую адыгскую литературу на два потока, но не смогла уничтожить их общие корни

История адыгского (черкесского) народа трагична и уникальна. Кавказская война, длившаяся более ста лет, и последовавшее за ней массовое выселение — махаджирство — привели к тому, что значительная часть народа оказалась рассеянной по всему миру: от Османской империи до Иордании, от Сирии до США. Этот исторический разлом не мог не отразиться на культуре и, в частности, на литературе. Так сложились две ветви единого древа — литература материковая (в исторических республиках Кавказа) и литература диаспорная (зарубежная). Но являются ли они чужими друг другу?

Исследователь Л.Х. Балагова-Кандур в своей работе предлагает взглянуть на эти два потока как на два самостоятельных, но глубинно связанных процесса развития адыгской словесности. Её главный тезис прост и фундаментален: несмотря на географическую, политическую и идеологическую разобщенность, обе литературы питаются от одних корней — общего этнодуховного наследия.

Общий знаменатель: этнодуховные корни

Что позволяет говорить о единстве литературы, создаваемой в разных уголках планеты, на разных языках и в разных социальных условиях? Ответ — лъапсэ. Это ёмкое понятие, которое авторы статьи раскрывают через неразрывную связь нескольких составляющих:

• Адыгэбзэ — родной черкесский язык;

• Адыгэ Хэку — историческая родина;

• Адыгэ тхыдэ — история народа;

• Адыгэ хабзэ — этический кодекс и мироощущение;

• Адыгагъэ — «адыгство», чувство единства со своим народом и человечеством.

Эти категории формируют тот фундамент, на котором вырастают здания обеих литератур. Как пишет автор, объединяющим началом служат именно эти этнодуховные корни, которые сохраняются у народа на всем протяжении его существования — «вне зависимости от территории проживания или иных социальных, политических и других факторов».

Сквозные темы: Родина, народ, судьба

Исследовательница подчеркивает, что «основная тематика произведений в обоих направлениях не имеет особых различий». Это всегда темы:

• Родины — как потерянного рая, как предмета тоски и памяти, как исторического Кавказа;

• Народа — его единства, его испытаний, его силы духа;

• Судьбы — личной и коллективной, трагической истории выживания и самосохранения.

Будь то роман, написанный в Кабардино-Балкарии в советские годы, или произведение, созданное потомком махаджиров в Иордании, эти три темы пронизывают ткань повествования. Они становятся тем невидимым мостом, который соединяет разрозненные части нации.

В чем же разница?

Если темы и корни едины, то в чем заключается задача исследования? В том, чтобы понять, как именно это общее духовное начало воплощается в разных исторических и культурных контекстах. Различия определяются условиями:

1. Идеологические рамки. Материковая литература долгое время развивалась в условиях советской идеологии и господства соцреализма. Это накладывало отпечаток на жанры, конфликты и способы изображения действительности. Диаспорная литература была свободна от этих рамок, но испытывала давление иной среды — турецкой, арабской, европейской.

2. Хронология и периодизация. Для диаспорных авторов ключевой точкой отсчета становится Кавказская война и махаджирство. Они делят историю на «домахаджирский» (доисходный), «махаджирский» и «постмахаджирский» периоды. В материковой литературе советского периода доминировало иное жанровое деление: историко-революционный роман, роман о войне, роман о современности.

3. Внутреннее деление. На Кавказе исторически сложилось деление на кабардинцев, адыгейцев и черкесов, что нашло отражение в литературоведении. В диаспоре же, по мнению исследователей, существует только одна литература — единая адыгская (черкесская). Как подчеркивает Балагова-Кандур, «было бы непростительным заблуждением попытаться сейчас "растащить" адыгскую диаспорную литературу по трем разным республикам России».

Таким образом, главная цель изучения двух ветвей литературы — не противопоставить их, а выявить механизмы сохранения идентичности. Посмотреть, как в художественных текстах диаспорных и материковых авторов реализуется одно и то же этнодуховное содержание.

Диаспорная литература, по мысли исследователей, помогает по-новому прочитать и осмыслить литературу материка. А вместе они составляют полноту адыгской словесности — как две ветви одного дерева, которое, несмотря ни на что, продолжает жить и плодоносить.

По материалам статьи Л.Х. Балаговой-Кандур «Мифология, история, философия как способ сохранения этнодуховной идентичности в адыгской (черкесской) литературе диаспоры и материка»